Подростковая психология девочек: Девочка-подросток. Особенности ребёнка. Тонкости воспитания — karpachoff.com — Общие дети, г. Воронеж

Содержание

Психология подростка — проблемы переходного возраста у мальчиков и девочек, социальные отношения и поведение

Муниципальное бюджетное образовательное учреждение

дополнительного образования детей

города Новосибирска

«Дом детского творчества «Кировский»

630106, город Новосибирск, ул. Зорге, 78/1,

тел/факс 342-17-31, 342-13-51,

e-mail: [email protected]

Психология подросткового возраста

педагог дополнительного образования высшей категории

Голубкова Алла Ивановна

Новосибирск – 2016

Психология подростка — проблемы переходного возраста у мальчиков и девочек, социальные отношения и поведение.

Переходный этап между детством и взрослостью порой нелегко дается как ребенку, так и родителям. Начинается он с 12-14 лет и заканчивается в 15-17 лет. Некогда спокойные мальчики и девочки могут полностью измениться в поведении, стать неуправляемыми, делать все назло. Что движет ими? Психология подростка детально объясняет, какие проблемы возникают в таком возрасте, и как сделать так, чтобы у ребенка этот период прошел максимально спокойно.

Термин можно трактовать с двух точек зрения. В первой формулировке речь идет о науке, которая изучает особенности поведения мальчиков и девочек 12-17 лет. Вторая формулировка подразумевает непосредственно суть этого учения – возрастную особенность поведения, психических процессов. Это явление, которое может возникнуть у каждого растущего человечка, но оно необязательно. Родителям следует запастись терпением, создать для себя и ребенка ряд железных правил и не думать, что чадо останется таким неуправляемым на всю жизнь.

Со стартом этого периода (у кого-то раньше, у кого-то позже) в организме происходят существенные физические изменения: начинается половое созревание. Перестройка в теле многих пугает, доставляет неудобства, иногда может стать причиной насмешек со стороны ровесников (например, при недостатках в фигуре, появлении прыщей, непроизвольной эрекции). Это откладывает свой отпечаток на незрелой психике. Современные подростки ощущают взрослую любовь, начинают проявлять сексуальную активность.

Физическое созревание влияет на нервную деятельность. У мальчиков и девочек 13-14 лет особая психология: процессы возбуждения преобладают над торможением. Это влечет за собой ухудшение реакции, временные трудности в формировании условных рефлексов. У подростков наблюдается очень эмоциональное общение, психическая неуравновешенность из-за переживаний. Сильно развито воображение: ребенок переживает одни и те же чувства, пока не изживет свои внутренние терзания.

Когда ребенок входит в возраст 12-15 лет, психология меняется. Основные проблемы, которые доставляют неудобства окружающим (но не самому подростку):

Одержимость гаджетами. Электронные устройства заменяют реальный мир, влияют на саморазвитие, не оставляют времени на помощь по дому, учебу.

Враждебность к родителям. Мальчики и девочки начинают хамить, вести себя неуважительно, игнорировать правила.

Ложь. За ней стоит боязнь быть осужденным, отруганным или наказанным, ведь подросток нередко нарушает установленные правила.

Поздние приходы домой. Ребенок испытывает пределы, намеренно нарушает временные границы.

Дружба с плохой компанией. Ребенок думает, что те ребята крутые, поэтому он жаждет стать таким же.

Употребление алкоголя, наркотиков, курение. Трудный подросток стремится возвыситься над другими, испытать новые ощущения.

Основные трудности связаны с противоречиями в потребностях мальчика или девочки. Психология подросткового возраста говорит о том, что возникает внутренний конфликт: стремление к обособлению и социализации. Ребенок ищет свою автономию, проходит процесс личностного самоопределения. Он рьяно отстаивает свое пространство, убеждения, но не понимает ценности чужой автономии. Вместе с этим у подростка формируется необходимость примкнуть к какой-то социальной группе, кроме семьи. Это сверстники, интересы которых он разделяет. Почти все проблемы современных подростков вытекают из конфликта, описанного выше. Тинейджер хочет самоутверждения. Если что-то идет не так, как он желал, возникают депрессии, замкнутости, ребенок становится скрытным или всячески протестует против общественности. Вопросы пола подогревают это состояние.

Процесс превращения мальчика в парня, а затем и в мужчину сложный. В младшем подростковом возрасте (12-14 лет) проблема не так чувствуется, но затем становится ощутимей. Насколько она будет глобальной, зависит от семейных взаимоотношений: участия матери и отца (особенно отца!) в воспитании ребенка. Мальчик все больше внимания обращает на девочек, случается первая любовь. Если она неразделенная, у подростка может возникнуть подмена в ориентации – стремление к партнеру своего пола.

Психология выделяет несколько тревожных и волнующих состояний подростка:

– беспокойство по поводу мнения окружающих, своей внешности;

– неуверенность в своих силах;

– юношеский максимализм: самонадеянность, категоричность в суждениях;

– полярность психики: сочетание замкнутости и общительности, цинизма и мечтательности, наглости и стеснительности;

– стремление получить максимум информации по интересующему вопросу.

Поведенческие особенности практически одинаковые у обоих полов, но переходный возраст у девочек наступает раньше. Подростка легко рассмешить или заставить плакать, похвала или критика воспринимается очень близко к сердцу. У девочек происходит формирование самосознания. Потребность в психологической близости, взаимопонимании у них сильнее, чем у мальчиков. Нередко подростки влюбляются в красавцев из телевизора, взрослых мужчин. У девочек формируются идеалы и авторитеты, они стремятся подражать им.

Эрик Эриксон ввел термин «кризис идентичности», который тесно связан с кризисом смысла жизни. В подростковом периоде происходит личностное самоопределение. Перед юным человеком стоит непростая задача, являющаяся этапом взросления: ему необходимо понять свою роль как члена общества и собственные уникальные особенности, интересы. Подросток обретает социальный статус, проходит адаптацию во взрослом окружении, приобретает новый способ мышления.

Парень или девушка находятся в процессе становления своего «Я» с точки зрения реализации взглядов на жизнь. У идентичности есть две характеристики:

– положительная: кем подросток должен стать;

– отрицательная: кем не должен стать.

При описании этого аспекта психология выделяет две разных модели взаимоотношений: со взрослыми и ровесниками. Последние формируют устойчивые социальные группы, в которые новичку попасть сложно. Такие объединения являются для подростков эталонными и субъективно значимыми, их требования и нормы парень или девушка принимает и разделяет. Общение выходит на новый уровень, и это не только развлекательные совместные игры, но и общий труд, разговоры на жизненно важные темы.

Если подросток становится изгоем, или сверстники объявляют ему бойкот, это приводит к формированию низкой самооценки, комплексов, ощущению одиночества, неполноценности и даже суицидальным мыслям (в особо тяжелых случаях). Каждое детское переживание, связанное с ровесниками, очень глубокое и значимое. Все подростки имеют повышенную чувствительность к групповому мнению, и если ему не соответствуют, то возникают страхи.

Общаться со взрослыми подросшему ребенку уже сложнее. К нему выдвигаются большие требования, что сопровождается сопротивлением. Особая роль в этот период отводится влиянию семьи. Благополучные отношения родителей и умеренное давление на подростка становятся решающими при выборе модели поведения. Однако неустойчивость психики создает определенные сложности в общении со взрослыми, приводит к периодическим протестам.

В этот период меняется когнитивная сфера, что откладывает отпечаток на поведение. Психология подростков говорит о возникновении фантомного чувства взрослости, самостоятельности. Молодой человек хочет всячески показать, что он уже взрослый, но, по сути, он остается ребенком. Старшие подростки делают контакты с семьей более слабыми, обособляют свое «Я». Впервые появляются серьезные мысли о будущей профессии. Фантомная взрослость как бы наделяет юных ребят полномочиями к запрещенным и нежелательным действиям: курению, употреблению алкоголя, половым связям.

Родителям в переходный возраст ребенка не менее сложно. Неосторожные слова, необдуманные действия могут причинить вред неокрепшей психике. Несколько правил общения с подростком:

Не допускайте критики внешности. Даже если не все идеально, совместными силами вы исправите изъяны.

Будьте внимательны к ребенку. Спрашивайте, как дела. Если вам не нравится поведение, не осуждайте это откровенно. Окольными путями или на своем примере можно предложить тот вариант развития событий, который вам приемлем.

Будьте искренне заинтересованы успехами чада, «глобальными» проблемами со сверстниками.

Делитесь своими планами, выслушивайте советы, даже если они кажутся нелепыми. Цените выбор ребенка.

Займитесь половым воспитанием. Не бойтесь неадекватного восприятия информации – дети уже готовы к новым открытиям.

Хвалите ребенка, будьте на равных, не обижайтесь на перепады настроения и говорите с ним, а если он этого не желает, находите нужный момент для беседы.

Тинейджеры – самые увлекающиеся люди. Они занимаются всем и понемногу. Родителям важно обнаружить потенциал ребенка и дать ему раскрыться. Желательно это делать в более раннем возрасте – 5-6 лет. Самые интересные занятия для подростков:

Физическая культура: баскетбол, волейбол, футбол. Юноши с удовольствием играют в эти игры и выплескивают свою энергию.

Собирательные увлечения, коллекционирование. Складывайте марки, фото кумиров, календари, яркие игрушки.

Конструирование, создание предметов своими руками. Юные ребята любят делать модели, собирать из конструктора сложные фигуры, экспериментировать с папье-маше.

Походы в молодежные организации. Есть специальные объединения, где подростки собираются и общаются по интересам под присмотром психологов.

  1. Ким Долджин, Филип Райс «Психология подросткового и юношеского возраста» – международное издание для студентов пед. вузов, М., 2000 г.

  2. Реана А.А «Психология подростка» – учебное пособие для классных руководителей, М., 2003 г.

  3. Волков Б.С. «Психология подросткового возраста» – учебное пособие, М.: Издательский центр «Академия», 2004 г.

  4. Авдулова Т.П. «Психология подросткового возраста» – учебное пособие, М.: Педагогическое общество России 2001 г.

  5. Мудрик А.В. «Общение в процессе воспитания», учебное пособие, М.: Педагогическое общество России, 2002 г.

  6. Драгунова Т.В. Проблема конфликта в подростковом возрасте // Вопросы психологии. – 1972. – № 2. – С. 25-37.

  7. Жарков Г.В. Хронотоп в структуре личности девиантных подростков: Автореф. дис. … канд. психол. наук. – Казань, 2000. – 23 с.

  8. Журавлев В.С. Почему агрессивны подростки // СоцИс. – 2001. – № 2.

  9. Зимелева З.А. Психологические условия возникновения и коррекции агрессивного поведения подростков: Автореф. дис. … канд. психол. наук. – М., 2002. – 21 с.

  10. Иванова Е.В. Стиль адаптации к новым условиям учебной деятельности (на материале исследования младших школьников и подростков): Автореф. дис. … канд. психол. наук. – Пермь, 2001. – 18 с.

  11. Кабаева В.М. Формирование осознанного отношения к собственному здоровью у подростков: Автореф. дис. … канд. психол. наук. – М., 2002. – 32 с.

Ранняя беременность у подростков


Ранняя беременность — это медицинская, психологическая и остро-социальная проблема современного общества. Возраст такой беременности варьируется от 10 до 18 лет. Самый частый возраст для подростковой беременности – 15-17 лет. Почему так происходит? Как предотвратить наступление беременности в раннем возрасте

Причины ранней беременности

Проблема подростковой беременности возникает, как правило, по нескольким причинам одновременно и редко можно зафиксировать одну определенную

  1. Половое воспитание ребенка вернее его отсутствие. У нынешних подростков половое созревание начинается с 12 лет и сексуальное влечение у них возникает тоже раньше. Очень важно психологически подготовить ребенка к предстоящим изменениям в его интимной жизни, и продолжать заниматься половым воспитанием до ее полного установления. Зачастую родители не успевают поговорить с ребенком на эту тему, что может привести к неприятным последствиям таким, как инфекции или венерические заболевания. Подростки не имеют достаточной информации о половой жизни.
  2. Сексуальная распущенность. Этот фактор чаще встречается в так называемых «плохих компаниях», где собираются дети, не имеющие никаких внешкольных полезных увлечений, обязанностей. Подросток хочет доказать друзьям из «плохой компании», что он уже взрослый и более опытный, чем его сверстники. Нельзя упускать и тот момент, что осуществление таких действий нередко происходит под воздействием алкоголя или наркотических средств. Психологи утверждают, что более активные и агрессивные дети чаще сталкиваются с ранней беременностью.
  3. Отсутствие знаний о контрацептивах или отсутствие средств на их приобретение. Недостаток знаний о средствах контрацепции, страх при покупке, неумение использовать их или стеснение при хранении в домашних условиях также приводят к таким серьезным последствиям. Родители обязаны объяснить своему подрастающему ребенку, что такое презерватив, для чего он нужен, как им пользоваться и где купить. Если подросток смущается покупать изделие в аптеке, родители могут позаботиться об этом, купив упаковку самостоятельно и оповестить об этом сына или дочь.
  4. Насилие. Часто насильственные половые акты происходят внутри неблагополучных семей, где в роли насильника выступает родственник мужского пола. Причиной утаивания этой информации от родственников является страх и стыд. Но и от уличных изнасилований, к сожалению, никто не застрахован.
    Проведите беседу с дочерью о том, что в позднее время следует избегать темных переулков, улиц, стараться не бывать на улице в темное время суток одной, позаботиться о средствах защиты он нападающего (например, приобрести для нее газовый баллончик).
  5. Запланированная беременность. Переполненные чувствами подростки сознательно осуществляют зачатие в 14-17 лет. Таким образом девочка-подросток пытается удержать юношу, доказать взрослым, что она уже готова к самостоятельной жизни, показать всем свои убеждения в том, что наступил тот возраст, когда она может стать матерью. В этом случае родителям нужно быть более внимательными к своим влюбленным детям, своевременно поговорить о том, что ранняя беременность может стать причиной развития осложнений в состоянии здоровья будущей мамы или ребенка, стать причиной гинекологических заболеваний и дальнейшего бесплодия.

Психологические проблемы

Беременность у девочки – подростка не лучшим образом сказывается на ее психоэмоциональном состоянии. Узнав о беременности, что, как правило, происходит со значительным опозданием, юные беременные сначала переживают шок и чувство вины, пугаются, теряются и начинают паниковать. Подростку с его еще несформированной и детской психикой практически невозможно оценить ситуацию и решить проблему самостоятельно.

Одни погружаются в депрессию, а другие надеются на самоустранение проблемы – а вдруг беременность рассосется или я просто ошиблась. Важную роль в оказании психологической помощи и поддержки может сыграть взрослый человек, с которым у несовершеннолетней доверительные отношения. Это может быть мама или бабушка, школьный учитель или психолог, старшая подруга (соседка, приятельница родителей).

Именно от того, как в данной ситуации поведет себя взрослый, услышав о шокирующей новости, зависит дальнейшее поведение подростка, его решение об исходе беременности, а в случае вынашивания и правильное отношение к своему положению и настрой на материнство.

Пытаясь скрыть свое положение, подростки до последнего, возможно и до родов, ведут асоциальный образ жизни, курят, употребляют наркотики и алкоголь, всячески скрывают живот стягивающей одеждой, не желают посещать врача и выполнять его рекомендации, что не может не сказаться на состоянии здоровья рожденного ребенка и юной мамы.

Психологическая неготовность девочки к материнству либо заставляет ее отказаться от ребенка еще в роддоме, либо полностью устраниться от его воспитания. Такой ребенок воспринимается юной матерью живым упреком и растет в отсутствии любви и ласки.

Профилактика ранней беременности

Половое воспитание ребенка зависит только от родителей, их умения находить с подростком общий язык, умения слушать и слышать. Не нужно стесняться говорить с ребенком об интимной жизни. Необходимо заходить издалека и постепенно расширять кругозор ребенка в этом вопросе фильмами, книгами или презентациями. Не стоит стесняться разговаривать с подростком на тему контрацепции и последствий полового акта.

Лучше всегда стараться поддерживать с ребенком дружественные отношения, чтобы быть в курсе изменений в его личной жизни и при необходимости помочь мудрым советом или поддержать морально. Неуместны будут всяческие шутки и насмешки.

Беременность у подростка — это не страшный приговор. Шансы благоприятного исхода ранней беременности достаточно велики. Главное помнить, что в этот период подростку как никогда нужна поддержка родных и близких людей, и тогда на свет появиться здоровый и любимый малыш.

Возврат к списку


Полезные книги о воспитании подростков для родителей

Когда я вспоминаю себя в подростковом возрасте, мне становится очень жаль свою маму. Она умудрялась возиться со мной и моими выкрутасами, с утра до вечера работая в школе с такими же как я, помноженными на двадцать.

Признаюсь, в юности вела себя совершенно недостойно. Но это я сейчас понимаю, не тогда. А маме приходилось кричать на меня, потому что от усталости не было сил разбираться в причинах и следствиях моего поведения.

В моем детстве не водили к психологу, не читали книг о воспитании детей. Все справлялись сами, как их этому учили родители, а иногда – соседи по лестничной клетке. Никто не говорил, что детей надо слушать, а не учить их слушаться родителей.

Сейчас, когда читаешь книги о психологии и воспитании, понимаешь, что всему нужно учиться. И учить себя в первую очередь. Поэтому я выбрала 6 книг, в которые хоть краем глаза, но нужно заглянуть.

«Растущий мозг. Как нейронаука и навыки майндсайт помогают преодолеть проблемы подросткового возраста» Дэниел Сигел

Книга для тех, кто хочет понять, как меняется поведение ребенка в подростковом возрасте изнутри. Что касается техники «майндсайт», то она может быть очень полезной для «укрощения» эмоций подростка. Ведь именно неконтролируемые эмоции выходят на первый план, отчего получается много криков, хлопанье дверей и слез. Полезно не только подросткам, но и взрослым, которые привыкли решать проблемы эмоционально.

Кстати говоря, про майнсайт (mind sight) Дэниел Сигел написал отдельную книгу с одноименным названием.

«Переходный возраст» Лоуренс Стейнберг

Для затравки вам немного информации про автора – Верховный суд США принимает окончательное решение по делам подростков только после консультации с Л.Стейнбергом. Автор знает о тинейджерах все: и с точки зрения физиологических изменений, и отношений внутри семьи или в школе. А для тех, кто ждет ответов на вопрос «что делать?» — вы их получите. Книга будет полезна и родителям, и школьным учителям.

«Гении и аутсайдеры» Малькольм Гладуэлл

Несмотря на то, что книга не относится к разделу подростковой психологии, родителям ее прочитать стоит. Как и всем интересующимся вопросами, почему кто-то достигает в жизни высот, а кто-то остается «подающим надежды». Ведь успех — это 10% таланта и 90% тяжелой работы. Будет полезно учесть эти и другие мысли Малькольма Гладуэлла в процессе воспитания детей, закладывая основы их будущего.

«Как говорить, чтобы подростки слушали, и как слушать, чтобы подростки говорили» Адель Фабер, Элейн Мазлиш

Самое важное открытие, которое необходимо сделать родителям — работать нужно в первую очередь над собой, а не пытаться переделать ребенка криками и наказаниями. В книге Адель Фабер и Элейн Мазлиш много подсказок по тому, как выходить из конфликтов с подростком, как общаться и слушать. Но работают они только при условии, что вы будете меняться вместе. Командная работа, она, знаете ли, сближает.


Читайте еще: «Советы для родителей: как отправить ребенка в языковой лагерь за рубеж»


«Пока ваш подросток не свел вас с ума» Найджел Латта

Мне все еще стыдно вспоминать себя в подростковом возрасте. А если я нахожу свои дневники, которые без конца вела, вместо того чтобы записывать за учителем, то хоть плачь. Конечно, я была безнадежно влюблена и думала, что это конец. Я думала, что меня никто не понимает, и, самое типичное — я ненавижу своих родителей. По какой причине? Кто там их поймет, этих подростков.

Они (мы) и сами себя тогда не понимали. Сводили с ума себя и своих родителей. Так вот, не ждите, пока ваш подросток сведет вас с ума. Начинайте читать книгу Найджела Латта.

«Ты можешь больше, чем ты думаешь» Томас Армстронг

Томас Армстронг поможет вам и вашему ребенку понять, что вообще значит быть умным, расскажет о восьми видах интеллекта и научит их развивать. Книгу можно читать и родителям и подросткам, хотя она предназначена скорее для последних. Помню, что сама в таком возрасте больше доверяла книгам, чем родителям.

Обращаться за помощью к книгам о воспитании подростков — это нормально и правильно. Многие родители сталкиваются с трудностями, которые не под силу решить самим, но не хотят в этом признаваться.

Прочитав эти или другие книги для родителей, вы поймете, что не одиноки в своих переживаниях. Но даже если иногда вам захочется переключиться с психологии на любимый детектив или сеанс массажа, не вините себя в этом. В конце концов, нервным и уставшим родителям некогда разбираться в детских проблемах. А отдохнувшие и счастливые мама с папой — это счастливые дети.

Психология подросткового возраста

Психология подросткового возраста

В жизни каждого ребенка наступает момент, когда он начинает чувствовать себя взрослым. Он принимает первые в своей жизни самостоятельные решения и учится нести за них личную ответственность. Мама с папой, привыкшие во всем помогать своему чаду, а также обеспечивать его всем необходимым, вдруг сталкиваются с непривычной для себя ситуацией, когда их сын или дочь перестает воспринимать их мнение как единственно верное. И то, что ребенок по-прежнему нуждается в их моральной и материальной поддержке, становится причиной многочисленных конфликтов и недопонимания. В результате подросток ищет поддержки у сверстников, отдаляясь от самых близких и родных людей, от своих родителей, нередко совершая множество необдуманных поступков и ошибок, которые порой невозможно исправить. Такое случается во многих семьях, и именно поэтому приближающийся период подросткового возраста у детей настораживает и даже немного пугает всех родителей. 

Но на самом деле все не так уж печально, как кажется. Родители лишь должны проявить мудрость, терпение и снисходительность к слабостям сына или дочери. Поведение в подростковом возрасте, конечно, трудно назвать логичным или последовательным. Но родители в любом случае способны разобраться в глубинных причинах поступков своего ребенка и использовать время такого подросткового бунта, чтобы сблизиться, сделав отношения с ним более глубокими и доверительными.

Особенности развития в подростковом возрасте

Каковы же особенности развития в подростковом возрасте? Период полового созревания у детей сопровождается сильной потребностью в интимно-личностном общении со сверстниками. Тинэйджеры объединяются в группы по интересам, начинают строить первые отношения с  противоположным полом. А резкие колебания настроения и эмоциональность подростков, обусловленные гормональной перестройкой организма, способны как помочь им в каких-либо творческих порывах, так и спровоцировать бурную негативную реакцию и даже агрессию. В какое русло будет направлена необъятная энергия тинэйджера, во многом зависит от стараний педагогов и родителей, а также определяется условиями его жизни и кругом общения.

Изначально психологические особенности подросткового возраста не предполагают ничего отрицательного. Негатив могут создать только внешние условия, в которых находится подросток. А всплеск гормонов может лишь усиливать реакцию ребенка на обстоятельства. Например, подросток может проявлять сумасшедшую целеустремленность и настойчивость, но в тоже время, если задеть его самолюбие, он может отреагировать импульсивно, быстро перейдя в состояние апатии и нежелания ничего делать. 

В одной ситуации подросток может проявиться себя как самоуверенный и напористый взрослый человек, а в другой ситуации повести себя как ранимый и неуверенный в себе ребенок. Сегодня тинэйджер может часами болтать по телефону и прийти с дискотеки поздно вечером, а завтра может вообще не выходить из дому, отключить телефон и целый день провести в кровати, читая любимую книгу. С одними людьми ребенок ведет себя развязно, а с другими стесняется даже заговорить, к одним проявляет нежность и ласку, а к другим — грубость и жестокость. Все это психология подросткового возраста, и в процессе воспитания родители обязательно должны учитывать эти особенности. Но обязательно помните и о том, что в подростковом возрасте ребенок не только становится эмоциональным и порой неуравновешенным, он еще очень любознателен, стремится к познанию и творчеству, как губка, впитывая огромные объемы информации и пытаясь найти себя в различных видах деятельность.

Конфликты в подростковом возрасте

Конфликты в подростковом возрасте встречаются довольно часто. Яркая особенность психологии подростков – стремление к эмансипации, желание освободиться от опеки и контроля взрослых. Тинэйджеры не принимают правила, законы и готовые стандарты поведения. И здесь проходит очень опасная грань между желанием подростка выйти за рамки, чтобы создать что-то новое, более совершенное, и грубым нежеланием подчиняться элементарным правилам поведения и принимать базовые духовные ценности.

Но зачастую эмансипация намного более прозаично выражается в ежедневных конфликтах детей и родителей относительно стиля одежды, прически, увлечений, выбора друзей и т.д. И здесь родителям девочек везет больше, так как девчонки редко идут на открытую конфронтацию, отстаивая свое мнение и защищая свои «права». А вот родителям мальчишек приходится понервничать. При этом пик эмоциональной неустойчивости у девочек приходится на возраст 13-15 лет, а у мальчиков – на 11-13 лет. 

По мнению психологов, подростковый комплекс составляют несколько основных психологических особенностей. Первая из них – это частые перепады настроения, вторая – чрезмерная чувствительность к оценке окружающих и третья – самонадеянность и безаппеляционность суждений. При этом подростки отличаются чрезмерным эгоизмом, не уважая окружающих и не заботясь об их чувствах и переживаниях. Они обращаются к окружающим бесцеремонно и даже грубо. Особенно если учитывать, что сами тинэйджеры являются крайне ранимыми и чувствительными к критике в свой адрес. 

Если в Вашей семье растет подросток, постарайтесь учесть все психологические особенности переходного возраста и попытайтесь максимально сгладить все конфликты. Ведь Ваша задача — не доказать свое превосходство и не указать ребенку на его место. Вы ведь наверняка хотите, чтобы он вырос умным, здоровый, успешным и достойным человеком. Поэтому Вы должны быть рядом и пройти все невзгоды и волнения подросткового возраста вместе со своим сыном или дочерью, поддерживая и помогая стать действительно  взрослой, самостоятельной и сильной личностью. 

Подготовила психолог Барсукевич Т.Н.

 

Почему дети в подростковом возрасте начинают ненавидеть родителей?

Потому что в этом возрасте у ребенка идет гормональная перестройка и он не понимает, кто он: тело уже не детское, но и не взрослое, что-то посередине. Гормональный всплеск, который ведет к постоянным перепадам настроения. В итоге ребенок ищет себе подобных и примыкает к различным социальным группам. Он не позиционирует себя как личность, а рассматривает себя как часть какой-либо социальной группы. Это тот возвраст, когда дети должны научиться принимать отственность за свои поступки. И научиться они могут только совершая какие-то ошибки из которых в дальнейшем извлекут урок. Родители в этот период начинают думать, что ребенок без них обязательно пропадет, поэтому начинают активно лезть в его жизнь – и это самая главная ошибка родителей. Отсюда возникает конфликт интересов и ненависть к родителям. Для того, чтобы ребенок прошел этот период – ему нужно обесценить родителей, которые этого не понимают. Родителям же, столкнувшимся с подобной проблемой следует присматривать за ребенком, а не устанавливать тотальный контроль над его жизнью. Вот пример из психологической практики: девочка захотела покрасить волосы в зеленый цвет. Мама поддержала ее идею, купила ей краску для волос, в итоге девочка волосы все-таки перекрасила. Через неделю ярко-зеленый цвет превратился в болотный и уже выглядел далеко не так, как хотелось девочке-подростку. Она подошла к маме с жалобой по поводу этой проблемы, на что мама ответила: “Ты же хотела зеленый цвет, я тебе разрешила. Это было твое решение – вот результат”. Никаких скандалов с криками “Ты что, дура что ли?” – тихо и спокойно. И ребенок уже понимает, что нужно было прежде посоветоваться с мамой – так формируется ответственность. Если родители в этом возрасте будут на ребенка давить и всячески опекать, то их чадо, непрошедшее правильно пубертатный период в дальнейшем не научится нести ответственность за свои поступки и либо будет сидеть на шее у родителей, либо отсепарируется, но будет инфантилом.

Подростковый возраст (отрочество)

Тэги: Подростки, Подростковый психолог, Семейный психологический центр

Подростковый возраст — это период, который оказывает огромное влияние на всю последующую жизнь человека. Как он будет реагировать на события своей жизни, принимать решения, какой круг общения выберет, как будет относиться к самому себе и своим близким, как будет строить отношения с людьми, будет ли он успешным, научится ли достигать желаемого, каковы будут его стремления и как он будет преодолевать трудности — лич­ностные ресурсы, навыки и умения для всего этого закладывают­ся именно в подростковом возрасте.

Чем же характеризуется подростковый возраст?

Это время большой «перестройки» не только организма, но и личности. У подростка есть огромные ресурсы и энергия для их реа­лизации, но при этом еще не определен вектор их приложения, не выработаны важные жизненные умения, позволяющие пользовать­ся ими для созидания и развития. Подростки ставят перед собой колоссальные цели, но не знают, как их достигать. Они стремятся к высоким идеалам, но чувствуют себя далекими от совершенства. Они стремятся к независимости, но при этом чрезвычайно зави­симы от мнения окружающих. Подростки полны противоречивых чувств и мыслей. Они порой не могут объяснить своих поступков. Неудивительно, что это самый трудный период в жизни человека.

К сожалению, родители тоже перестают понимать своего ре­бенка. Прежние, привычные модели взаимодействия и влияния вдруг перестают «работать». Сталкиваясь с непривычным по­ведением, открытым сопротивлением или отчужденностью под­ростка, родители постепенно переходят от растерянности к раз­дражению. Стремясь сохранить прежние способы управления, они усиливают давление. В ответ подросток с нарастающей ак­тивностью отстаивает свою независимость. Учащаются конфлик­ты. Как следствие — опасное отдаление, растущее непонимание, потеря близких и доброжелательных отношений.

В той или иной степени описанный процесс происходит в каждой семье, и это надо принять как неизбежность. НО! Во что выльется эта борьба, будет ли она наполнена насилием и раз­рушениями или перерастет в совместное развитие отношений на новой ступени — во многом зависит от родителей и других взрослых, окружающих подростка.

В подростковом возрасте человек впервые стремится отделить оценки родителей от того, что он думает сам по тому или иному поводу. В первую очередь он начинает вырабатывать самооценку. Для этого он должен несколько отодвинуть привычную систему ценно­стей своих родителей, чтобы она не мешала его самоопределению. Как он это делает? Он все подвергает сомнению. Итак, подросток на­чинает с того, что он раздвигает границы и начинает исследовать новые территории более решительно, чем делал это в детстве.

Это начало психологического отделения от се­мьи. Несмотря на пугающие тенденции, такое стремление — нор­мальный период взросления. Без такого сложного и, в общем-то,по-настоящему опасного периода невозможно становление ни одного человека. Родители должны быть готовы к нему и на­учиться отделять стремление к собственному спокойствию от ис­тинной помощи взрослого друга, который позволяет тинейдже­ру рисковать, но всегда рядом и всегда может остановить (когда степень риска грозит не простым «набиванием шишек», а серьез­ными жизненными последствиями) и помочь выйти из сложной ситуации. В этом состоит истинная поддержка родителей.

В этот период подростком решается много задач.

  • Изучение своего «Я» и своего места в мире, то есть себя как личности: кто я, какой я, каковы мои особенности, в каком мире я живу, каково мое место в этом мире.
  • Выработка положительного отношения к себе, к своим лич­ностным качествам, то есть принятие их как ценных, нужных ему качеств. Умение объективно оценивать, в каких случаях эти каче­ства могут быть эффективными, а в каких они могут мешать.
  • Формирование умений сознательно пользоваться своими качествами и полученным опытом или сознательно воздерживаться от проявления тех или иных качеств.
  • Инвентаризации детских установок, убеждений, предписа­ний и выработка собственной системы ценностей. При этом дет­ский опыт всегда имеет доминирующее значение, но задача под­ростка — отделить чуждое его личности, мешающее его развитию от тех семейных ценностей, которые поддерживают и помогают решать жизненные задачи.
  • Выработка полоролевого самосознания и собственной сексу­альности: каким я хочу стать мужчиной, женщиной; каковы осо­бенности пола и как я чувствую себя в этих границах; могу ли я соответствовать тем идеалам, которые транслирует большинство людей; чем мои идеалы похожи на общепризнанные или отлича­ются от них; какова сексуальная жизнь; насколько я сексуально привлекателен и т. д.
  • Определение границ: что я считаю правильным и непра­вильным, что для меня добро и зло; где границы риска, на которые я могу пойти в различных жизненных ситуациях; умею ли подчиняться определенным правилам; умею ли я сам созда­вать определенные правила для себя и других.
  • Определение своей принадлежности: какова моя семья, какова история моей семьи, каково мое место в этой семье; каков я как член семьи, как друг, как ученик, как член моего сообщества сверстников; нравится ли мне то, как я себя с ними проявляю.
  • Определение своего физического статуса: каковы моя внеш­ность; привлекателен ли я; что нужно делать, чтобы быть привлекательным; каким я хотел бы быть; что есть во мне, чего нет у других, и наоборот, чего у меня нет, каковы мои ограничения и возможности (здоровье, фи­зические особенности, природные данные).
  • Определение своего характера: каков мой характер, на чем основаны мои реакции и вкусы; нравится ли мне мой характер, хочу ли что-то изменить; могу ли я изменить что-либо в моем характере; помогают ли мне особенности моего характера или мешают.
  • Развитие своей эмоциональной компетенции: что озна­чают мои чувства и эмоции, како­вы причины тех или иных чувств и эмоций.
  • Развитие качеств, позволяющих строить успешные отношения с другими. Развитие навыков построения отношений, а также умение выстраивать близкие, открытые отношения.
  • Умение определить важные жизненные цели. Кем я хочу стать? Чем эта профессия меня привлекает, почему я выбрал именно ее? Что мне даст эта про­фессия для моей жизни? Что должен я вложить в профессию, чтобы стать хорошим специалистом?

Автор:  Илона Фомина

Тэги: Подростки   Подростковый психолог   Семейный психологический центр  

Возврат к списку

Подростковая агрессия: причины появления и профилактика

15.10.2020

© depositphotos.com

В подростковом возрасте дети становятся эмоционально нестабильны. Психологи связывают это в первую очередь с биологическими факторами: гормональный всплеск, перестройка организма, половое созревание. Но в некоторых случаях эмоциональные перепады могут принимать радикальные формы и перерастать в агрессию. И если подросток остаётся один на один со своим бунтарством, оно может привести его в деструктивные сообщества и, как следствие, к правонарушениям.

О том, какие факторы могут спровоцировать агрессивное поведение подростков и почему интернет – не самая главная опасность в жизни ребёнка, сотрудникам АНО «ЦИСМ» рассказал старший научный сотрудник лаборатории когнитивных исследований, руководитель психологической службы Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ Кирилл Хломов.

 

– Каковы основные причины подростковой агрессии?

– Для подросткового возраста характерно рисковое поведение. Один из маркеров, который на это указывает, – высокая смертность по причинам, не связанным с заболеваниями именно в этот возрастной период. Рисковое поведение тесно связано с агрессией. Также оно может быть связано с депрессивными и негативными эмоциональными состояниями. Если мы понимаем агрессию как целенаправленное деструктивное поведение, которое противоречит принятым нормам и правилам, и в целом существованию человека в обществе, то одна из причин агрессивного подросткового поведения может быть объяснена фрустрационной теорией агрессии. В соответствии с этой теорией в тот момент, когда подросток испытывает фрустрацию, связанную с устойчивой неудовлетворённостью его физических и психологических потребностей, эти переживания способствуют агрессивному поведению. Также на выраженность и на форму агрессивного поведения будут влиять биологические и социальные факторы. Агрессивное поведение подростков может быть спровоцировано агрессивными убеждениями и установками, высокой степенью враждебности в той среде, в которой взрослеет подросток, импульсивностью, характерной для подросткового возраста, несформированной способностью к эмоциональной и социальной саморегуляции. 

– Как правильно работать с подростковой агрессией?

– Существуют разные формы агрессивного поведения подростков, как просоциальные так и антисоциальные. Занятия боксом, социальный активизм, бурное участие в различных общественных акциях, вовлечённость в футбольные фанатские движения – все эти проявления могут являться формами просоциального или антисоциального агрессивного поведения. По классификации агрессивного поведения А. Басса, были выделены такие формы: физическая, косвенная, негативизм, зависть, ненависть к окружающим, подозрительность, вербальная агрессия, манипуляции при помощи чувства вины. Конкретных форм агрессивного поведения существует огромное множество.

И в работе с подростковой агрессией всё зависит от того, с какой формой мы планируем работать. В каждом случае важно понимать, что агрессия не возникает сама по себе, всегда есть социальный контекст, в котором она проявляется. Есть ситуации, в которых агрессия объективно может быть чем-то необходимым. Возьмём, к примеру, такие истории, когда подростки участвуют в спортивных мероприятиях, боксе, фехтовании, и т.д. В этом конкретном случает физическая агрессия легализована. Если подросток был вовлечён в деструктивную деятельность, но потом переключился на спортивное поведение, то это тот случай, когда происходит преобразование антисоциальной агрессии в просоциальную, удачный пример социального или педагогического воздействия.

Второе, что мы обязательно рассматриваем для работы с подростковой агрессией, это социальная среда, в которой ребёнок находится. Сюда входит и семья как фактор, уникальный для каждого подростка, и школа, и то окружение, в котором растёт подросток вне дома. Все эти факторы сильно влияют на формирование агрессивного поведения, и от них зависит, в какой форме оно проявится. Учитывая вышеперечисленные факторы, в целом необходимо вести комплексную педагогическую, психологическую и социальную работу, направленную на развитие соответствующих социальных компетенций и формирование адекватного поведения.

– Каким образом подростковая агрессия находит выход в молодёжных субкультурах?

– Во-первых, стоит учитывать, что одной из важных задач в подростковом возрасте является построение отношений со сверстниками и эксперименты с социальными ролями. Очень много потребностей и задач подростки реализуют в общении со сверстниками. Имеющее в том числе и социальную природу агрессивное поведение сильно зависит от отношений со сверстниками и факторами социальной среды.  В основном социальное развитие подростка происходит в школе, однако если ребёнок не находит там возможностей для этой реализации, он ищет другую территорию для решения этой задачи. Как показывает практика, дети, принимающие активное участие в школьной жизни, в школьных мероприятиях, в меньшей степени оказываются вовлечены в деструктивные сообщества.

Если подросток не находит признания и понимания среди сверстников, не может выстроить с ними отношения, в которых он особенно нуждается в подростковом возрасте, например, в школьной среде, риск быть вовлечённым в какую-либо субкультуру, где он будет самоутверждаться через агрессию и деструктивное поведение, может возрастать.

– Какие именно субкультуры способствуют большему развитию агрессии у подростков?

– Здесь нельзя выделить что-то определённое, какую-то одну определённую субкультуру. Есть несколько криминальных субкультур или субкультуры, связанные с «околофутбольной» средой, скорее хулиганские или радикальные, экстремистские социальные среды, поддерживающие определённые формы проявления агрессии. На мой взгляд, субкультура – это лишь форма для выражения агрессии. Субкультура может способствовать тому, что агрессия будет направлена против чего-то или кого-то, предлагает некоторую цель.  Она способствуют тому, что агрессивное поведение становится антисоциальным, но не является причиной возникновения агрессивного поведения.   

– На чем должна быть основана профилактика подростковой агрессии?

– Эффективная профилактика в первую очередь должна быть основана на хорошо выстроенной и динамично меняющейся системе социальной работы, педагогических и психологических воздействий. Эта система должна включать в себя множество элементов, одни из которых связаны с социальными сетями, с поведением в интернет-пространстве, другие – с социально-педагогическими службами в школах, третьи – с социальной и психологической работой с семьей,  четвёртые – с доступностью психологической, психиатрической и медицинской помощи, пятые – с судебной и правоохранительной системами. Все эти элементы должны выстраиваться в одну систему и сохранять возможность взаимодействия и сотрудничества и динамичных изменений. Невозможно разработать одну единственную профилактическую программу агрессивного поведения, внедрить её, и она будет 20 лет приносить результаты. Система профилактики рискового поведения требует модификации каждые несколько лет, так как и общество тоже меняется достаточно быстро.

– Верно ли считать, что интернет в основном негативно влияет на развитие личности подростка?

– Интернет – это глобальное явление в человеческой жизни, он имеет как положительные, так и отрицательные стороны, как и любое другое явление такого масштаба. И если рассматривать различные научные исследования, мы увидим, что нет однозначного негативного влияния интернета на развитие подростков. Неудачными оказываются крайности: когда ребенок совсем не пользуется гаджетами, он оказывается близок к социальному исключению; когда ребенок чрезмерно пользуется интернетом, возникает зависимость. И то, и другое начинает негативно влиять на его развитие. Однако сам интернет не может быть источником рисков, он может их только усиливать, предлагать формы для рискованного поведения, делать их доступнее. В отдельном случае подросток может встречаться с агрессивным поведением других людей: интернет также является социальной средой, и ребёнок может стать жертвой мошенников или грумминга. Но основными источниками угроз, которым подвержен подросток, в том числе и в виртуальном мире, могут быть, например, неудовлетворённые потребности в общении и развитии, близкая социальная среда, семья и школа, в которой он находится, структура его личности и умение справляться со стрессом.


Говоря о психологии: Беспокойство и девочки-подростки

Кейтлин Луна: Привет и добро пожаловать на Говоря о психологии, подкаст Американской психологической ассоциации, выходящий раз в две недели. Я твой хозяин, Кейтлин Луна. Прежде чем мы начнем, я хочу напомнить вам, что если у вас есть какие-либо комментарии, вопросы или идеи для нас, пожалуйста, напишите мне по адресу [email protected] Это [email protected] Теперь к разговору.

Тревога среди подростков и молодых людей растет, и исследования показали, что она резко возросла среди девочек.Одно исследование показало, что количество девочек, которые часто нервничали, беспокоились или боялись, подскочило на 55 процентов за пятилетний период. Какие факторы стоят за ростом стресса и тревожности у девочек и что мы можем с этим поделать? В этом выпуске нашей гостьей является доктор Лиза Дамур, клинический психолог и исполнительный директор Центра исследований девочек Лорел Скул. У нее вышла новая книга под названием «Под давлением: противостояние эпидемии стресса и беспокойства у девочек». Доктор Дамур также ведет ежемесячную колонку о подростках для The New York Times .Добро пожаловать, доктор Дамур.

Лиза Дамур: Большое спасибо, что пригласили меня.

Кейтлин Луна: Мы рады, что вы с нами. В своей книге вы попадаете прямо во вступление, когда пишете, что что-то изменилось. Беспокойство всегда было частью взросления, но в последние годы оно, кажется, вышло из-под контроля. Что вы видите в своей практике, в работе со школой и в качестве матери двух дочерей?

Лиза Дамур: Итак, интересно, что я заметила.Я бы сказал. Что за последние десять лет люди в целом гораздо больше говорят о тревоге — намного больше говорят о стрессе и говорят о том и другом, как будто они всегда были во всем патологическом. Чтобы не было здоровой формы. В то время как мы, психологи, конечно, знаем, что тревога и стресс — это нормальные и здоровые функции, которые могут достигать, знаете ли, патологических уровней, но они действительно являются своего рода частью повседневной жизни. Так что это изменение в популярном дискурсе действительно привлекло мое ухо.Многие из вас знают, что девушки появляются в моей практике или приходят ко мне в школу, где я консультирую два дня в неделю, садятся на стул передо мной и говорят, что у меня тревога, и говорят об этом так, как будто это было пожизненное заключение и что-то, с чем они застряли на неопределенный срок, где, знаете, мне всегда приходилось быть осторожнее с тем, как я реагирую, потому что часть меня хочет сказать: ну, конечно, у тебя тревога. Ты проснулся. Вы встали с кровати.

Итак, я чувствую, что одна из вещей, которая изменилась, заключается в том, что есть недопонимание, и мы заботимся о группе взрослых и молодых людей, и мое внимание особенно сосредоточено на девочках, которые беспокоятся о том, что беспокоятся. , и я подозреваю, что это помогло немного поднять ставки.Потому что, если вы будете испытывать тревогу в течение обычного дня, а это действительно так, а затем вы также беспокоитесь о том, что беспокоитесь, чего не может быть, знаете ли, это не может быть хорошей вещью.

Я думаю, что помимо своего рода непонимания или несоответствия между нашим клиническим и академическим пониманием тревоги и пониманием тревоги в массовой культуре действуют и другие факторы. Я думаю, для девочек в частности, вы знаете, со временем мы просто постепенно добавляем все больше и больше в их тарелки.Но мы ничего не сняли с их тарелок. Девочки невероятно хорошо учатся. Вы знаете, они действительно опережают мальчиков в учебе на данный момент, вы знаете, по одной статистике, они составляют 70 процентов отличников средней школы.

Вы знаете, они делают то, что вы знаете, есть то, что в некотором смысле никогда не было лучшего времени, чтобы быть девушкой. Вы знаете, у них так много возможностей, так много доступа к ним, и все же, вы знаете, они все еще беспокоятся о том, как они выглядят.Культура до сих пор говорит им беспокоиться о том, как они выглядят. У нас все еще есть ожидания, что девушки будут приятны и вежливы, пойдут на футбольные матчи своих братьев. Если это что-то вроде семейной программы, и я думаю о ней, вы знаете, что мальчики хуже учились в школе, чем должны были. Но есть много мальчиков, которые хорошо учились в школе, и они очень много работали. И я просто знаю, что они не тратят на это столько времени, сколько девушки беспокоятся о том, достаточно ли хорошо они выглядят. Итак, я думаю, что это фактор, среди прочих.

Итак, я думаю, это ускорение культуры. Благодаря технологиям я начал думать об этом с точки зрения того, сколько контента теперь все поглощают за день — взрослые и молодые люди. И это, знаете ли, был своего рода 24-часовой, постоянный доступ практически ко всему миру и его обновлениям новостей.

Мы получаем много информации, и я думаю, вы знаете, я знаю, что они психологи, которые действительно пытаются разобраться, сколько мы можем принимать в день и при этом, вы знаете, работать на здоровом уровне.

Кейтлин Луна: Итак, вы знаете, вы много говорили о том, как культура влияет на давление, с которым сталкиваются девушки. Не могли бы вы рассказать немного больше о том, с чем сталкиваются девушки со своими друзьями с представителями противоположного пола? И когда они пытаются добиться того, что они говорят себе?

Лиза Дамур: Итак, знаете, интересно, если мы подумаем о культуре и друзьях и, знаете, гендерных отношениях, знаете, как девочки взаимодействуют с мальчиками.Их стресс как бы встроен в это и в мою работу, и, конечно же, в этой книге, под давлением, вы знаете, я пытаюсь рассмотреть эти стрессы с нескольких сторон.

Знаешь, можно сказать, смотри, будет стресс, будет тревога. Это нормальные, здоровые функции. И даже когда они переходят черту и становятся нездоровыми, мы действительно хорошо их лечим, знаете ли, и это правда. Знаете, я бы сказал, что, вероятно, многие психологи согласятся с тем, что если мы посмотрим на DSM-5 с точки зрения диагнозов, то, по нашему мнению, мы действительно неплохо с ними справимся, держу пари, тревога будет очень высоко в этом списке, и даже стрессовые расстройства, когда, как вы знаете, мы все лучше и лучше справляемся с ними.И на самом деле нам труднее относиться к другим вещам.

Но также и в этой книге, когда я думаю о молодых людях, я стремлюсь к тому, чтобы серьезно относиться к стрессам, с которыми они сталкиваются, и следить за тем, чтобы взрослые реагировали на эти стрессы наиболее полезным образом. . Итак, вы упомянули с друзьями, вы знаете, я думаю, что одна из вещей, которая как бы медленно осознается, это то, что между молодыми людьми произойдет конфликт. Конфликт между людьми происходит, знаете ли, все время — это просто снова, как пробуждение.Знаете, если вы собираетесь какое-то время находиться в комнате с кем-то и оба человека в сознании, вы знаете, если на самом деле, вероятно, будет конфликт.

А потом, если вы возьмете 30 человек и поместите их в комнату, и заставите их быть вместе весь день каждый день, и вы будете делать это в течение девяти месяцев, вы знаете, что в этой школе будет конфликт. Итак, я думаю, что мы сделали еще недостаточно, чтобы помочь людям стать очень искусными в управлении конфликтами. Я проводил два дня в неделю, консультируя в школе, и мы посещаем много школ, и я думаю, что из самых лучших побуждений наши усилия по разрешению конфликтов часто сводятся к тому, что мы говорим, знаете, эй, мы хотим, чтобы вы, ребята, ладили, и если вы не собираетесь ладить, мы хотим, чтобы вы уважали друг друга, что не так уж и много.

Итак, одна из вещей, над которой я работал, распаковывая свои тексты, знаете, это то, как мы учим детей хорошо справляться с конфликтами? И как мы учим их, что такое нездоровые формы конфликта и что такое здоровые формы, и как мы даем действительно значимые рекомендации по этому поводу?

И я думаю, что причина того, что взрослые в основном этого не делают, заключается в том, что взрослые, как правило, не так хороши в разрешении конфликтов, и поэтому нам трудно научить детей тому, что мы сами не очень хорошо знаем.

Итак, я думаю, что это некоторые из факторов социального стресса, а именно то, что у детей возникают конфликты, а у девочек возникают ожидаемые конфликты. Но на самом деле у них нет репертуара для управления ими.

Кейтлин Луна: И это очень сложно. Некоторые люди избегают конфликтов. Некоторые люди ищут его. Итак, как сказали взрослые, как вы, как мы будем подавать пример, если сами боремся с этим? Я имею в виду, вы постоянно видите, как это происходит во взрослом мире.

Лиза Дамур: Абсолютно.И я на самом деле попутно перенял этот потрясающий набор метафор от некоторых учителей, чтобы преподавать конфликт, и он работает очень хорошо. Итак, когда я разговаривал с молодежью, я говорю: смотрите, есть три нездоровые формы конфликта. Там бульдозер, знаете ли, они переезжают людей. Есть половой коврик, который просто позволяет задавить себя. И есть половой коврик с шипами, который, знаете ли, является наиболее распространенной формой как для взрослых, так и для детей, что в основном представляет собой пассивно-агрессивное поведение, вы знаете, использование чувства вины в качестве оружия или игра роль жертвы или вовлечение третьих лиц в то, что должно быть, действительно, обсуждением один на один.

А потом я говорю с ними о том, что самая здоровая форма конфликта — это быть опорой, знаете ли, постоять за себя, уважая других людей. И эти, вы знаете, молодые люди очень быстро улавливают эти метафоры, и они сразу же обретают для них смысл. И это дает им основу для размышлений о том, как они могут быть склонны реагировать, потому что большинство людей начинают с того, что реагируют в одной из нездоровых форм, и как они действительно хотят действовать, если решат вступить в конфликт.

Кейтлин Луна: Это действительно замечательная метафора подхода к конфликту. Мне это очень нравится. Я думаю, что это могло бы держать это в моем заднем кармане в другой раз.

Лиза Дамур: Работает. Оно работает.

Кейтлин Луна: Да, это действительно прекрасный способ описать это. Итак, вы знаете, это способ просто держать себя — держать себя на высоком уровне, а также понимать, что вы имеете право постоять за себя.

Лиза Дамур: Да.И еще одно, что я также добавлю, это то, что вы также имеете право ничего не делать. Особенно, когда я провожу время с детьми, я осознал, что взрослые, как правило, поощряют детей браться за каждый конфликт. О, она ранила твои чувства. Ты должен ей что-то сказать. Тебе известно? Знаешь, он оставил тебя в чем-то. Ты должна сообщить ему, что тебе больно. И я думаю, что иногда это имеет большой смысл. Но я думаю, что на самом деле ни один взрослый, ни один функционирующий взрослый не занимается всеми вещами в течение дня.

Что мы целыми днями принимаем очень тактические решения о том, знаете ли, сознательно или нет о том, знаете ли, насколько меня волнуют эти отношения, которые мне нужны, чтобы решить эту проблему с человеком? Как я думаю, насколько вероятно, что если я подниму этот конфликт с кем-то, они хорошо с ним справятся, а если я поддержу его, они будут сопротивляться? Вы знаете, все эти вещи. Может, мне лучше просто держаться от этого человека на вежливом расстоянии? Итак, я также считаю, что, помогая детям научиться справляться с конфликтами, мы должны поставить прямо на стол рядом с опорой возможность того, что я называю эмоциональным айкидо.

Правильно. И я слышал, что другие терапевты тоже так это называли. Где, в айкидо, этой форме боевых искусств, если кто-то идет на вас, первое, что вы делаете, это просто уходите с дороги. Вы просто позволяете им идти прямо в прошлое. И многие драмы умирают из-за нехватки кислорода. И я думаю, что иногда в нашем благонамеренном ключе, когда мы говорим о детях, ты должен дать ей понять, что она задела твои чувства. Возможно, мы на самом деле подпитываем что-то, чего на самом деле не было — никогда не будет результата, и что девушка даже не настолько заботилась об отношениях, чтобы попытаться над ними поработать.

Кейтлин Луна: Правильно. Это действительно отличный путь к разрешению конфликта. Итак, нужно ли лечить тревогу и стресс у девочек иначе, чем у мальчиков?

Лиза Дамур: Наверное, нет. И я думаю, что одно из правил, которое мы знаем у психолога, заключается в том, что мальчики и девочки больше похожи на мужчин, а женщины больше похожи, чем отличаются. И мы действительно видим высокий уровень тревожности у девочек. Вы знаете, это давно установленный факт, потому что мы также знаем, что, когда девочки находятся в бедственном положении, они склонны усваивать это.Когда мальчики в беде, они склонны экстернализировать. Но если я сижу с встревоженным клиентом, мой набор приемов практически одинаков для мальчиков и девочек. Я думаю, что я представляю интерес, вы знаете, особенно интересен для меня, и когда я пишу о том, что, вероятно, причины стресса и беспокойства не совсем одинаковы для мальчиков и девочек. То, что они оба, вы знаете, безусловно, в значительной степени пересекаются, но есть также некоторые очень уникальные факторы стресса, связанные с тем, чтобы быть мальчиком в нашей культуре и быть девочкой в ​​нашей культуре.

Кейтлин Луна: Итак, эти группы, кажется, адресованы — адресованы должным образом. Но вы сказали, что то, как вы относитесь к этому, будет в основном одинаковым — я имею в виду индивидуально для каждого человека, но похоже.

Лиза Дамур: Я думаю, это правильно. И я снова думаю, знаешь, тревога похожа на дым, знаешь, под ним огонь. И так, вы знаете, мы хорошо лечим дым. Мы умеем помогать людям управлять своими эмоциональными реакциями на вещи, которые заставляют их чувствовать себя очень, очень тревожными.И я думаю, что наши инструменты для лечения беспокойства установлены, и они хорошо работают, и мы хороши в этом. Меня интересуют пожары.

Итак, будь то давление на девочек из-за того, как они выглядят, или то, как девочки, я думаю, иногда перенапрягаются в школе, и никто их не останавливает, вы знаете некоторые гендерно-специфические источники беспокойства. И мне интересно, что мы можем сделать как культура, чтобы справиться с ними до того, как они станут проблемой для девочек, вы знаете, или дать девочкам стратегии для того, чтобы справляться с напряжениями, которые возникают в этой культуре, чтобы они не были пытаясь ориентироваться в них в одиночку.

Кейтлин Луна: Абсолютно. И ваша книга полна советов для родителей девочек-подростков. Итак, какие самые важные выводы должны знать родители?

Lisa Damour: Что ж, я думаю, одна вещь, которую я нахожу очень обнадеживающей, это то, что реакция родителей на стресс и тревогу имеет большое значение для того, чтобы диктовать, что будет дальше. И для меня, я думаю, лучшая метафора, лучший момент в воспитании, время, когда родители действительно склонны понимать это правильно, — это когда вы воспитываете малыша, который царапает свое колено или колено.Вы знаете, есть очень четкая картина того, что происходит.

Вы знаете, малышка падает, царапает коленку, а затем они смотрят на свое колено, а затем смотрят на лицо родителей, и то, что происходит на их лицах, действительно определяет дальнейшее взаимодействие. Если родитель поражен и паникует, это обычно довольно пугает ребенка, и он как бы разваливается.

Если родитель, даже если он чувствует себя пораженным и паникующим внутри, если родители могут как бы сохранить самообладание и сказать: «О, ой, вы знаете, пойдемте заведем вас внутрь и вымоем вас», обычно ребенок вроде в порядке, вы знаете, и как бы берет это оттуда.

Таким образом, моя цель в написании под давлением состояла в том, чтобы попытаться сделать небольшую рекламу для общественности о том, что тревога и стресс являются нормальными, здоровыми и управляемыми, когда это не так. А затем также сформулировать всевозможные вещи, которые взрослые могут сделать, чтобы помочь улучшить ситуацию. Итак, один из ключевых моментов для взрослых заключается в том, чтобы справляться со своим собственным стрессом и беспокойством в достаточной степени, чтобы, столкнувшись с молодым человеком, который чувствует себя очень, очень напряженным или очень, очень встревоженным, они могли вызвать какой-то отскок к сдерживающей реакции, вы знаете, не пренебрежение, не обесценивание, не преуменьшение, а своего рода уверенность в том, что да, вау, вы знаете, ваше колено выглядит немного окровавленным или да, это похоже на очень серьезное испытание.Я здесь, чтобы помочь вам пройти через это. Вы собираетесь пройти через это. Мы разберемся с этим. Вы разберетесь с этим. Такие реакции имеют большое значение для родителей.

Кейтлин Луна: Мы уже несколько раз говорили о важности личного примера. Итак, какими еще способами родители могут подавать пример своим подросткам, будь то просмотр их времени на мобильных телефонах или перед экраном, или если речь идет о более раннем отходе ко сну? Как родители могут сделать это немного лучше?

Лиза Дамур: Что ж, я так рада, что вы упомянули сон и технологии, потому что я думаю, знаете ли, если бы мы, ну знаете, если бы вы сказали, что действительно делает детей хрупкими в наши дни? Я думаю, что это один из самых неприятных моментов — одно из самых простых объяснений в том, что они просто не спят столько, сколько им нужно.Вы знаете, и я думаю, что также есть много недоразумений относительно того, сколько сна нужно детям. Большинство родителей скажут, я думаю, что им нужно около восьми часов. На самом деле это не так. Детям начальной школы в среднем требуется около одиннадцати часов. Детям средней школы нужно в среднем около десяти часов, а старшеклассникам — девять. Вы знаете, что гораздо больше, чем большинство получают.

Кейтлин Луна: О, абсолютно.

Lisa Damour: Вы знаете, мы изучали сон вверх, вниз и на бок, и мы знаем, что это, вы знаете, летний заголовок – это клей, который скрепляет людей.Итак, одна вещь, которую родители могут сделать, — это смоделировать действительно хорошие привычки, связанные со сном, и особенно с технологиями и сном.

Итак, легкие исправления или простые исправления. Они не всегда могут быть легко реализованы в таких суровых вещах, как вы знаете, — у одной из моих подруг, мне это нравится, есть правило в ее доме, что никакая техника никогда не поднимается на второй этаж дома, и именно там спальни в их доме. У других людей, которых я знаю, есть правило, согласно которому ни одна технология никогда не переступит порог спальни в любой момент 24-часового дня.Вы же знаете, что просто так нельзя.

В других семьях, вы знаете, иногда есть подростки, которые действительно хорошо учатся в своей комнате со своими технологиями. Так что, я думаю, для таких семей действительно хорошее правило – это нормально. Но знаете, в ту же секунду, к определенному моменту ночи, это должно выйти наружу. Вы знаете, что он не может остаться в комнате на ночь.

Ну и тому подобные вещи, особенно когда они рано заложены. Я думаю, что иногда трудно вернуться к ним, если у них установились вредные привычки.Но, знаете ли, не так уж сложно убедить девятилетнего ребенка, что он не может брать технологии в спальню. Итак, я думаю, как только это установлено, а также когда родители моделируют это — и это забавно, потому что я знаю, и это может быть в местах, где кварталы были очень, очень близко или дети должны быть очень, очень тщательно присмотрены. Я знаю, что в некоторых семьях существует правило, согласно которому родители заряжают всю технику в своей комнате на ночь. Знаете, у них есть удлинитель, и они заряжают его в своей спальне.И я думаю, что это отличная стратегия, если вам действительно нужно знать, что ваш ребенок не ускользает из вашей комнаты, чтобы получить немного дополнительного времени.

Но я бы сказал, черт возьми, если бы вы действительно могли смоделировать, что это не подходит для спальни, это был бы мой первый выбор. И что это действительно оторвано от отдыха и сна и от той части нашей жизни, которую мы почти не делаем для защиты.

Кейтлин Луна: И вы действительно, я хочу затронуть то, что вы сказали в недавнем интервью «CBS This Morning», где вы действительно говорили о времени, проведенном у экрана, и в интервью, вы говорили о – но я думал, что это было очень красивый способ выразить это — о том, что ограничение экранного времени не связано с лишениями.Речь идет о сохранении того, что важно, будь то семья, время, хобби, сон, что бы это ни было, речь идет о защите этих вещей, а не обязательно о лишении и отнятии технологий у себя как родителя или подростка.

Лиза Дамур: Да, знаете, это интересно. Вы знаете, есть большой интерес к тому, что данные собираются сказать о том, как технологии формируют детство или, как вы знаете, изменяют мозг подростка, и это означает, что мы психологи.Мы знаем, что эти исследования займут много времени. Они будут довольно туманными в своих выводах. Вы знаете, очень трудно провести хорошее лонгитюдное исследование. Это занимает много времени, так что я как бы чувствую, что, пока мы ждем поступления данных, давайте будем исходить из того, что мы знаем, понимаете. И мы знаем, что есть важные элементы жизни, которые имеют решающее значение для здорового развития и детей.

Итак, достаточное количество сна — чрезвычайно важная часть здорового развития.Иметь контакт один на один или даже не один на один, общаться лицом к лицу, изучать социальные навыки, отрабатывая социальные навыки, читая социальные сигналы, чтобы, вы знаете, научиться это делать — чрезвычайно важно.

Знаете, приемы пищи, когда люди разговаривают, знаете, непрерывное времяпрепровождение с людьми, которые вас любят. Физические упражнения — вы знаете, физическая активность важна, и тогда об этом можно было бы говорить очень долго, но я просто подведу итог — учеба без лишних перерывов, верно? Мы знаем все, что нам нужно знать о человеческом внимании, что значит нарушить его и сколько времени потеряно.Даже если вы перебиваете себя, вы знаете, какие перерывы связаны с концентрацией, что они делают с точностью, что они делают с быстротой работы.

Итак, мы все это знаем. Так что, я думаю, очень полезно, когда родители говорят своим, знаете, молодым людям, посмотрите, я не против технологий. я за сон. Я, знаете ли, за разговоры с глазу на глаз. Я за то, чтобы вы делали домашнюю работу целенаправленно и сосредоточенно. Я за то, чтобы вы вставали и двигались.Так почему бы нам не убедиться, что все эти вещи происходят столько, сколько им нужно, а затем мы посмотрим на оставшееся время, и часть этого, безусловно, может быть использована для технологий.

Кейтлин Луна: И, очевидно, большую роль в этом играют социальные сети. И в том же интервью вас спросили о том, что вызывает подростковую депрессию, тревогу и уровень самоубийств. И снова я подумал, что ваш ответ был действительно очень интересным и замечательным. Вы сказали, что простые ответы привлекательны, но они, вероятно, не точны.Так что надо смотреть на проблему шире. Не могли бы вы рассказать об этом немного подробнее?

Лиза Дамур: Ага. Я имею в виду, я думаю, что именно здесь психологи могут иногда так разочаровываться в средствах массовой информации, потому что им нужны звуковые фрагменты и содержательные, знаете, содержательные маленькие кусочки. И так, вы знаете, это так часто, вы знаете, вы видите что-то вроде телефонов. Вы знаете, причина в телефонах, верно? И людям так легко стукнуть в этот барабан.

Но не совсем понятно, что это телефоны, да? Я имею в виду, у нас действительно нет данных, чтобы показать это.И я не собираюсь говорить, что вы знаете, рассвет цифровых технологий — это второстепенное дело. Я имею в виду, что это меняет правила игры для всех, но мне это может показаться немного пренебрежительным, немного умаляющим, не признающим на самом деле сложности молодых людей и сложности среды, в которой они живут. И, вы знаете, АПА провел потрясающие опросы о том, что вызывает стресс у молодых людей. Вы знаете, в том недавнем отчете, который вы выпустили о стрессе в Америке, вы знаете, молодые люди беспокоятся о многих вещах.Они беспокоятся о стрельбе в школах. Они беспокоятся об изменении климата. Они беспокоятся об иммиграции и депортации. Вы знаете, что они тонкие, умные, внимательные, настроенные, и я иногда думаю, знаете ли, что сводить все к одному просто несправедливо и не может быть точным.

Кейтлин Луна: В происходящем должно быть что-то еще?

Лиза Дамур: Да, люди сложные, поэтому мы и психологи, потому что нам это в них нравится.И поэтому нам пришлось как бы проделать работу по передаче этой сложности таким образом, чтобы она привлекала широкую аудиторию, привыкшую к содержательным звуковым фрагментам, которые редко бывают точными.

Кейтлин Луна: Я хочу коснуться того, что вы сказали, но вы упомянули раньше, когда говорили о том, что подростки перевыполнили график. Итак, можете ли вы рассказать о важности предоставления свободного времени, неструктурированного времени? Вы можете часто слышать это о маленьких детях, но насколько это важно для подростков?

Лиза Дамур: Мне нравится этот вопрос, потому что есть много способов его нарезать.В первую очередь мы хотим подумать об этом с точки зрения стресса и, знаете, просто психолога. Вы знаете, мы находим тревогу. Это полезная система предупреждения, которая предупреждает вас, когда я что-то упускаю, знаете ли, стресс — это здоровая и нормальная функция. Это признак того, что вы растягиваетесь, что вы работаете на пределе своих возможностей. Это не проблематично по своей сути. У него есть функция прививки. Мы это знаем, но стресс полезен только в том случае, если есть возможность восстановиться. Знаете, хронический стресс – это не то, что нам нравится.

Таким образом, дети нуждаются в отдыхе, особенно в старших классах, учитывая, насколько требовательна старшая школа для многих учеников в наши дни. И я имею в виду, что они очень амбициозны и многое делают, понимаете, если им предоставляется возможность. Нам действительно нужно думать о важности шанса на выздоровление. И когда я смотрю на наших самых амбициозных, самых упорных учеников, вы знаете, прямо сейчас, среднее количество баллов AP, получаемых детьми, подающими заявления в школы уровня Лиги плюща. В старших классах они получают восемь AP, а это действительно огромная сумма.И, вы знаете, в старшей школе он достигает 13 AP.

И проблема здесь не в том, что работа слишком тяжелая или работы слишком много. Они могут сделать работу. Они достаточно яркие. Они достаточно способны. У них есть трудовая этика, чтобы делать работу. Они не могут выполнять работу за то время, которое у них есть, если они никогда не отдыхают. И в этом, собственно, проблема. Поэтому важно, чтобы было время простоя.

Что мне интересно, так это то, что время простоя очень своеобразно.Знаешь, как ты расслабляешься, так не расслабляюсь я. И поэтому я также действительно очарован широким разнообразием способов, которыми дети выздоравливают. Таким образом, некоторым детям действительно нужно пойти домой и немного посмотреть телевизор, или послушать музыку, или, ну, пообниматься со своей собакой, или, ну, вы знаете, пойти на пробежку. Вы знаете, есть всякое разнообразие вещей.

Другие дети выздоравливают на спортивных тренировках, верно? У них действительно напряженный, напряженный день, а потом они выходят на улицу, играют в баскетбол, выкладываются по полной и выполняют домашнюю работу, чувствуя себя обновленными.Так что на бумаге это может выглядеть так, как будто это ребенок с очень плотным графиком. Тебе известно? Она усердно работает в школе. Она бежит прямо на тренировку по баскетболу, а потом делает домашнюю работу. Это может сработать для нее, пока есть восстановление в этих действиях. Другие дети, им нужно было быть подальше от людей. Им понадобится некоторое время простоя. Так вот, вопрос о том, перегружается ребенок или нет, я думаю, очень индивидуален для ребенка и как быстро он выздоравливает и что для него представляет собой выздоровление.

Кейтлин Луна: Итак, может быть, помочь подростку, вашему ребенку, определить, что заставляет его чувствовать себя энергичным, а где он чувствует истощение. Потому что я думаю, что иногда это может быть сложно. Если вы думаете, что мне нравится баскетбол, или мне нравится дискуссионный клуб, или что-то в этом роде, но вы знаете, они все еще могут чувствовать себя опустошенными после того, как им нужно немного побыть в тишине.

Лиза Дамур: Могут, да? И именно там, вы знаете, мы наблюдаем за ними и узнаем, что работает для них. И они наблюдают за собой и узнают, что работает.И, вы знаете, я думаю, что осознанность феноменальна и так полезна и так масштабируема, знаете ли, для широких слоев населения.

Но внимательность не станет способом перезагрузки для всех. Вы знаете, не все, это не устроит всех. Итак, мы должны — насколько вы знаете, все эти фантастические новые программы осознанности приходят в школы. Мы также должны быть осторожны, если у молодого человека есть система, которая действительно хорошо работает для него. Вы знаете, я думаю о примере девушки, которая рассказала мне, что когда она была очень, очень расстроена, то, что, как она чувствовала, помогало ей больше всего, это разорвать лист бумаги на множество маленьких кусочков, а затем склеить их вместе, как пазл. .Это так забавно и так особенно.

Но я подумал, чувак, знаешь, тебе не нужна практика осознанности, если у тебя есть то, что работает для тебя. Вы знаете, почему мы должны упираться в это подальше от вас и, знаете ли, навязывать вам то, что, как мы думаем, сработает?

Кейтлин Луна: Да, абсолютно. Это как все, что вы знаете, все, что работает для отдельного человека. Интересно, как все это влияет на эту концепцию, которую мы часто слышим о воспитании на вертолете, и как это влияет на подростков.Потому что исследования показали, что дети, родители которых чрезмерно вовлечены в их жизнь, как правило, больше беспокоятся и меньше удовлетворены жизнью. Итак, вы знаете, что это может быть — хотя родителям может быть полезно помочь своему подростку ориентироваться в жизни, полезно ли подростку найти свой собственный путь и выяснить, что работает для них?

Лиза Дамур: Абсолютно. Вы знаете, и я просто думаю об этом, вы знаете, как мы думаем об этом на достаточно детальном уровне? И одна из вещей, которые, я думаю, часто случаются дома с молодыми людьми, это то, что молодые люди очень расстраиваются.Знаешь, что-то пойдет не так. Они поссорятся с другом или провалят тест и очень расстроятся. Что, конечно, вас, как родителя, тоже очень огорчает. И может быть эта спешка, чтобы попытаться быстро решить проблему, правильно, со стороны родителя.

И почти может быть, я думаю, это своего рода сообщение о том, что ваше эмоциональное расстройство похоже на пожар, который мы должны потушить, правильно, иначе он просто выйдет из-под контроля, и мне нужно остановить это прямо сейчас.И эффект спешки родителей заключается в том, что чувства остаются довольно пугающими, я думаю, для молодых людей. Это чувство, что вы знаете, что я расстроен, теперь у нас настоящий кризис, а также ощущение, что вы знаете, что кризисы разрешаются так, что кто-то приходит и помогает вам всем. Вы знаете, они звонят родителю другого ребенка. Они, знаете ли, нанимают репетитора, а то, что мне вместо этого интересно, вы знаете от родителей, которые могли бы быть более сдержанными, да?

Это не значит, что дети просто болтаются без дела.Но для родителей, которые могут сказать, знаете, я вижу, вы очень, очень расстроены, понимаете? Хотите чаю? Знаешь, тебе поможет, если мы просто немного побудем здесь вместе, или ты хочешь немного побыть наедине?

Когда родители немного сдерживаются и не вмешиваются и не вмешиваются, молодые люди обнаруживают, что эмоции очень редко бывают похожи на огонь. Они больше похожи на волны, вы знаете, что они поднимаются, покрываются коркой, а затем уходят. И, вы знаете, одна из вещей, которые я помню, когда училась на тренировках, это, вы знаете, с тяжелым чувством, что единственный выход – через.У вас просто есть это. И когда мы создаем время и пространство для того, чтобы молодые люди узнали об этом, о том, как работают эмоции, вы знаете, происходят две вещи, которые действительно важны. Во-первых, эмоции становятся намного менее пугающими, потому что ты такой: «О, да, я знаю». Знаешь, у меня большой кризис, дай мне написать, и тогда мне станет легче после того, как я хорошенько выплачусь, верно? Это такая замечательная вещь для молодых людей, чтобы учиться.

Еще они узнают, что это в основном автономная система, верно? Что им для этого больше никто не нужен.И я имею в виду, это действительно приятно, если живой человек хочет быть рядом с вами и быть терпеливым и тихим, пока у вас есть свой момент. Но. какое дарованное право моделировать это полное утешение страданием, которое затем помогает молодым людям чувствовать себя более непринужденно при страдании, когда оно действительно происходит. Таким образом, на самом мелком уровне мы можем лишить молодых людей шанса обнаружить, что люди устроены таким образом, что мы на самом деле довольно самокорректируем свое самовосстановление. И тогда мы, конечно, можем поднять это на много-много уровней.Знаешь, если есть проблема с учителем, ты знаешь, что вмешивается родитель. Если есть проблема с приложением, родитель, вмешивающийся, вы знаете, никогда не научится самоисправлению или что в некоторых случаях произойдет что-то вроде автоматического самоисправления.

Кейтлин Луна: Итак, как родители и семьи могут помочь подросткам справиться со стрессом и понять разницу между нездоровым стрессом и здоровым стрессом?

Lisa Damour: Итак, первое, что мы должны сделать, это даже сформулировать, что есть здоровый стресс, и научить этому молодежь.И я думаю, что один из самых простых способов сделать это — говорить о стрессе так же, как мы говорим о поднятии тяжестей, правильно: если вы хотите нарастить мышечную массу, вы должны поднимать веса, которые достаточно тяжелый, чтобы быть неудобным. И происходит то, что когда вы поднимаете тяжести, в конце концов ваши мышцы адаптируются. Вы знаете, что они становятся сильнее, и то, что было трудным, становится легче, и в этот момент вы знаете, что мы переводим вас на более тяжелые веса.

Итак, школьный стресс, а это большой стресс, с которым дети справляются именно так.Вы знаете, когда вы получаете новый материал. Когда вы переходите в новый класс, когда вы берете новый сложный урок. Поначалу это очень и очень напрягает. Он новый, он тяжелее. Это сложнее, чем вы привыкли. Если вы будете придерживаться этого, вы скоро адаптируетесь. Ваши возможности расширятся, и вы обретете силу, интеллектуальную силу, которую сможете сохранить. И как только вы его получите, мы дадим вам более сложную работу.

Итак, мы можем помочь подросткам справиться со стрессом, признав, что существует такая вещь, как здоровый стресс.И хоть это и не приятно, можно сказать, но вот польза. Так вы станете намного умнее. Именно так вы действительно развиваете свои интеллектуальные способности.

И затем, с точки зрения нездорового стресса, здесь нам нужно сосредоточиться на восстановлении. Потому что, как я уже сказал, эта школьная форма выполнима, если есть возможность для выздоровления, и поэтому помочь подросткам действительно узнать, как они выздоравливают, как им нравится восстанавливаться, делая это, двигаясь прямо к этому, делая это эффективно, создавая пространство для этого. иметь большое значение.

Кейтлин Луна: Несколько раз во время нашей беседы мы говорили о том, что родителям необходимо справляться со своими тревогами. Но я полагаю, вы знаете, что родители, которые прочитали вашу книгу, а вы слушаете прямо сейчас, могут быть встревожены этой статистикой и весьма обеспокоены. Итак, какой совет вы должны дать родителям, чтобы они сохраняли спокойствие, чтобы затем они могли помочь своему подростку?

Лиза Дамур: Я думаю, что родители должны чувствовать себя очень уверенно, уверенными в том, сколько власти они имеют здесь.Мы знаем из исследований, что если родители могут быть спокойны, это имеет огромное значение с точки зрения вероятности того, что их ребенок станет необычайно тревожным. Так что статистика тревожная. Но новости хорошие. Мы можем сделать огромное количество вещей, и вы знаете, мы можем делать это на многих уровнях с течением времени. Вы знаете, мы можем помочь молодым людям управлять своими дружескими отношениями друг с другом. Мы можем помочь им управлять своим романтическим пейзажем, который действительно вызывает у них беспокойство. Вы знаете, говоря о гендерных отношениях самым здоровым образом.Мы можем дать им стратегии управления в школе и, в частности, для девочек, подумать вместе с ними о том, чего требует культура, и вооружить их, чтобы они были немного защищены от некоторых действительно несправедливых ожиданий, которые наша культура возлагает на девочек и молодых женщин. . Итак, мы можем сделать очень многое, и я действительно думаю, что родители должны быть, знаете ли, в восторге от того, что в их руках находится гораздо больше, чем они, возможно, иначе считали бы правдой.

Кейтлин Луна: Абсолютно.И вообще, какие, по вашему мнению, самые насущные проблемы, стоящие сегодня перед молодежью? Мальчики и девочки?

Лиза Дамур: Сегодня мы спрашиваем многих молодых людей. Я имею в виду, что в старшей школе они добиваются успехов в учебе, которые, как мы знаем, очень отличаются от того, чего добивались их собственные родители. Они переполнены информацией. У них есть постоянный доступ друг к другу, что иногда весело, но я думаю, что часто это очень утомительно. Я думаю, что все это очень большие проблемы.

Я думаю, еще одна вещь, которая меня беспокоит, это то, что мы не очень хорошо говорим о молодежи, и когда вы посмотрите на то, как молодые люди описываются в средствах массовой информации, вы знаете, это имеет тенденцию впадать в такого рода негативные стереотипы о , знаете, какие-то непослушные, или они, знаете, делают что-то не так, или они, знаете, не делают того, чего от них хотят взрослые. И знаете, у нас есть данные, что мы воспитываем самое воспитанное поколение подростков за всю историю наблюдений. Знаешь, они принимают меньше наркотиков, откладывают секс.Если они занимаются сексом, они используют противозачаточные средства. Они пьют меньше. Знаете, тут и там в данных есть небольшие погрешности, но, знаете, в общих чертах это действительно хорошие дети.

Итак, я на самом деле думаю, что мы должны добавить к стрессу, с которым сталкиваются подростки, то, что люди на самом деле не отдают им должное за то, как много они достигают, насколько они вдумчивы, и что мы часто вместо этого сосредотачиваемся на поведении, которое относительно для предыдущих поколений это очень, очень хорошая группа детей.

Кейтлин Луна: Да, я думаю, это действительно увлекательно. Если мы действительно отдаем должное подросткам, вы знаете, очевидно, что им нужны люди, которые будут направлять их в жизни, чтобы принимать правильные решения. Но вы знаете, тема, которая поднималась в нашем разговоре, это тот факт, что много раз подростки могут понять вещи самостоятельно или, по крайней мере, им дается шанс сделать то и это, знаете ли, согласно тем, вы знаете , согласно недавней статистике CDC, подростки меньше употребляют наркотики, меньше пьют алкоголь, реже занимаются сексом с меньшим количеством партнеров.Итак, вы сказали, что мы воспитываем хорошее поколение молодых людей. Но в то же время мы также смотрим на все, что вы знаете, смотрим на все, что идет не так, или на людей, которые испытывают тревогу, депрессию или чувство безнадежности. У вас есть еще мысли по этому поводу?

Лиза Дамур: Я думаю, что дети оправдывают ожидания, а дети оправдывают их, поэтому мы никогда не хотим замалчивать настоящие проблемы. , очень серьезно.Но меня беспокоит, каково это быть молодым человеком, который настолько подключен к средствам массовой информации, когда так часто появляются сообщения о том, что ты сломался или что ты делаешь что-то не так. И мне интересно, может ли быть в этом опасность самоисполняющегося пророчества, вы знаете, ощущение, что, вы знаете, эмоции могут так легко выйти из-под контроля, когда на самом деле большинство молодых людей действительно очень хорошо изгоняют свои эмоции.

Итак, я думаю, что мы должны быть бдительными и очень серьезно относиться к тенденциям, которые, как вы знаете, движутся в неправильном направлении.И в то же время, я думаю, вы знаете, мы так много знаем в психологии о том, как заботиться о людях, которые страдают, что мне хотелось бы думать, что мы можем получить там свой голос, чтобы сказать: Да, вы знаете, Однако есть вещи, которые мы можем сделать, и есть способы предотвратить чрезмерное беспокойство, и если вы действительно страдаете от депрессии, расслабьтесь, действительно лечите это. И продолжать выступать за то, гм, за то, как люди устойчивы и могут помочь стать устойчивыми, что это не должно быть такой мрачной историей.

Кейтлин Луна: Я хочу немного коснуться вашей колонки для The New York Times . Я имею в виду, какие темы, кажется, получили лучший отклик у читателей?

Лиза Дамур: Знаете, это такая забавная вещь. Иногда это очень своевременная тема. Я написал статью под названием «Воспитание двухнедельного наркомана», и эта статья только что привлекла внимание, потому что две недели только что подошли, поглотили целую кучу детей, прежде чем родители даже узнали, что произошло.

И вы знаете, что было так забавно в этой конкретной колонке, и это моя любимая часть в том, чтобы написать эту колонку, это то, что мне нужно было распаковать все наши психологические исследования о том, как работают видеоигры, с точки зрения, вы знаете, в основном прерывистого график подкрепления и многое другое, что вы знаете и описываете широкой аудитории.

Но иногда это колонки о действительно вечных проблемах. Итак, в других колонках, которые я написал и которые получили большую поддержку, в основном люди просто отчаянно нуждаются в любой помощи со своими подростками.Люди хотят общаться со своими подростками. Им нравятся их подростки. И даже когда их подросток классный, это не всегда означает, что они подростки, которым хорошо дома с ними.

Знаете, в какой-то степени легко попасть впросак колонками о подростках. Но другие, вы знаете, задаются вопросами — например, я написал один о том, почему у подростков возникает аллергия на своих родителей, понимаете? И как раз в тот момент, когда тебе не часто бывает тринадцать, это высота, как если бы родитель ничего не делал, это нормально.И вы знаете, что тот, вы знаете, только что получил огромный отклик.

А недавно я написал о том, как давать советы подростку. Это было примерно во время отпуска. И я думаю, что заголовок был, как вы знаете, «Как завернуть подарок, как завернуть подарок, который может открыть ваш подросток». Верно, потому что я думаю, что это одна из тех вечных проблем, которые есть у родителей. Вы знаете, у них есть все эти, действительно, вы знаете, потрясающие вещи, которыми они хотят поделиться со своим подростком, и они, похоже, не могут сделать это каким-либо образом, чтобы получить удовлетворительный ответ или даже ответ.Так что, вы знаете, я действительно пытаюсь отойти в том, что я читал, от, ну вы знаете, непосредственных вещей. Итак, очевидно, я довольно много написал о стрессе и беспокойстве, о своего рода универсалиях семейной жизни, которые сложны, но нормальны, и просто чтобы попытаться действительно, я использую полученное обучение, чтобы сделать его доступным для широкой аудитории. Вы знаете, я думаю, что это реальная вещь, и я всегда так благодарна, когда психолог пишет для, знаете, широкой аудитории, потому что вы знаете, мы много знаем, и это не всегда хорошо описывается средствами массовой информации и мы можем хорошо с этим справиться.

Кейтлин Луна: Я хочу еще немного поговорить о двухнедельнике, вкратце. Она покорила мир, и, вы знаете, родители изо всех сил пытаются удержать своих детей от игры, потому что это очень социальная игра. Вы можете быть на своем телефоне, на игровой приставке, на компьютере, это действительно везде. Но как родители могут управлять играми своих детей в целом?

Lisa Damour: Да, наверное, так же, знаете, я бы начал с того же совета, который давал в отношении управления технологиями в целом.Знаешь, сначала нарисуй линии вокруг того, что пытаешься защитить. И у нас есть эти вещи и, вы знаете, и делать эти вещи, вы знаете, спать, учиться, быть с семьей, получать физическую активность. Вы знаете, они будут довольно занятыми детьми, если мы будем защищать их на уровне, которого они заслуживают, и поэтому начнем с этого.

Так что, вы можете даже, знаете, просто перефразировать еще раз, Как вы могли бы сказать, я не то чтобы против игр, я за сон, вы знаете, так что сон не подлежит обсуждению.И тогда я думаю, вы знаете, оттуда это становится очень специфичным для семей. Вы знаете, где они устанавливают ограничения на это. Я видел, как семьи занимаются целым рядом разных вещей, ну знаете, только по выходным или ограниченное количество времени в день. Или, знаешь, ты должен саморегулироваться, и если ты не можешь, я сделаю это. Знаешь, я думаю, что у родителей есть много разных способов справиться с этим.

Но мы хотим, чтобы жизнь детей была разнообразной. Знаешь, просто нездорово делать все время что-то одно.И, вы знаете, конечно, есть дети, которые действительно теряются в играх, и, вы знаете, это момент, когда родитель должен найти способ настаивать на некотором разнообразии с точки зрения того, как они проводят свое время.

Кейтлин Луна: Итак, не все еще потеряно.

Лиза Дамур: Нет, нет, нет, нет, нет.

Кейтлин Луна: Некоторые из статей, которые я читал, кажутся такими, как будто несколько родителей просто опустили руки или просто не в себе. Я не знаю, что это было, но я думаю, что это важно.Вы просто сказали, что все еще не потеряно и не все еще есть границы, которые можно было бы установить, и, вы знаете, возможно, сформулировав это не как лишение, а как то, что вы получаете от ограничения экранного времени.

Лиза Дамур: Абсолютно. Есть вещи, которые должны произойти, и игры к ним не относятся.

Кейтлин Луна: Большое спасибо, что присоединились к нам, доктор Дамур. Я очень ценю ваше время.

Лиза Дамур: Спасибо, что пригласили меня. Здорово быть частью вашего шоу.

Кейтлин Луна: Если вы давно слушаете наш подкаст или впервые слушаете его, рассмотрите возможность поставить нам оценку в iTunes. И если у вас есть время, напишите отзыв, мы будем очень признательны. Кроме того, как я уже упоминал в начале шоу, мы рады получать известия от вас напрямую. Итак, если у вас есть какие-либо вопросы, комментарии или идеи, которыми вы хотите поделиться, напишите мне по адресу [email protected], это [email protected] Talking of Psychology является частью сети подкастов APA, которая включает в себя другие замечательные подкасты, такие как APA Journals Dialogue о новых психологических исследованиях и Progress Notes о практике психологии.Вы можете найти все наши подкасты в iTunes, Stitcher или в любом другом месте, где вы берете свои подкасты. Вы также можете зайти на наш веб-сайт SpeakingofPsychology.org и прослушать другие эпизоды. Я Кейтлин Луна из Американской психологической ассоциации.

Очень приземленный подход психолога к воспитанию девочек-подростков

Наконец, есть хорошие новости для озадаченных родителей девочек-подростков, и психолог Лиза Дамур является вестником этих радостных новостей. Новая книга Дамур «Распутанные: как помочь девочкам-подросткам пройти через семь переходов во взрослую жизнь» — самая практичная и читаемая книга по воспитанию, которую я когда-либо встречал.

Дамур берет сбивающее с толку, приводящее в бешенство, а иногда даже пугающее поведение девочек-подростков, и разбивает его на то, что нормально (почти все) и о чем следует беспокоиться (не так много, как вы думаете). «Распутанный» помещает нахальные реплики, взлеты и падения дружбы, сбивающие с толку эмоциональные потрясения и многое другое в четкий контекст семи необходимых переходов, которые подростки должны пройти на пути к взрослой жизни. Другими словами, это, вероятно, хорошо, что личность и интересы вашей дочери резко изменились, и Дамур объясняет, почему именно.

Дамур основывается на солидных исследованиях в области психологии и ссылается на них, но сердце «Распутанного» — это примеры из реальной жизни и анекдоты из многолетнего опыта Дамура в консультировании девочек-подростков и их родителей. Без проповеди или жаргона Дамур показывает, как разговаривать с нашими девочками, как устанавливать ограничения и как уважать и поощрять растущую независимость наших дочерей.

Недавно у меня была возможность поговорить с Дамур и поговорить о ее книге и ее работе с девочками-подростками.

Это интервью было отредактировано для большей ясности.

В: Читая «Распутанный», я понял, что тебе действительно нравятся девочки-подростки. Как вы развили специальность в области психологии и консультирования девочек-подростков?

О: Мне они очень нравятся. Часть того, почему я так люблю подростков, заключается в том, что мне действительно нравилось быть подростком. В моей собственной жизни это было действительно преобразующее время — я получил гораздо больше свободы, гораздо больше автономии. У меня была отличная компания друзей.

У меня также есть яркие воспоминания о подростковом возрасте; Я думаю, что могу вспомнить о подростковом возрасте больше, чем другие взрослые, поэтому, когда мне приходится быть с подростками, я рад возможности насладиться их взглядом на вещи. Что хорошо работает для подростков, так это то, что взрослые продолжают вести себя как взрослые — чего [подростки] хотят — но на самом деле хотят узнать взгляд подростка на вещи.

Мой опыт показывает, что подростки могут очень быстро определить, когда любопытство взрослого является искренним и благонамеренным, и они готовы поделиться своим опытом, когда чувствуют, что есть взрослый, который действительно хочет знать.Это действительно весело. Вы можете одурачить детей и взрослых, но я не думаю, что есть момент развития, который был бы столь же ясным, как подростковый возраст.

В: Как вы разработали эту большую идею семи переходов во взрослую жизнь? Возникла ли эта структура за годы вашего обучения и клинической практики, или она сложилась совсем недавно, когда вы писали «Распутанный»?

О: Да на все вышеперечисленное. Это не новый способ мышления в психологии. Одним из мыслителей, на которых я ссылаюсь на протяжении всей книги, является Анна Фрейд, дочь Зигмунда Фрейда, которая работала с детьми младшего возраста, детьми в возрасте до 5 лет.Она сформулировала различные линии развития, по которым дети всегда развиваются одновременно. Иногда, если ребенок читает в возрасте 5 лет, родители могут быть уверены, что все должно быть хорошо, и не обращать внимания на тот факт, что она все еще бьет детей на пол, когда у них есть игрушка, которую она хочет. Она может преуспеть в интеллектуальном плане, но нуждается в большой помощи в социальном развитии.

Таким образом, такое мышление не ново для моей работы, но использование такого мышления и применение его к подросткам так, как это сделал я, является новым.Одна из моих обязанностей [в качестве клинического инструктора на факультете психологии Университета Кейс Вестерн Резерв] состоит в том, чтобы помочь молодым клиницистам научиться быть психологами. Мои молодые замечательные аспиранты получают очень хаотичные подростковые дела, поэтому почти по необходимости нам приходилось думать в терминах: «Ну, каковы задачи подросткового возраста, и как этот конкретный клиент справляется с этими задачами?»

И моим аспирантам помогло, когда мы могли сказать: «Хорошо, это девушка, у которой есть друзья.Она выполнила эту работу. Это девушка, которая действительно может управлять своей учебой и имеет планы на будущее. Но это также девушка, которая чувствует себя неуправляемой и не может обуздать свои эмоции, так что именно на этом мы сосредоточим наше внимание». Это дало нам возможность поставить галочки в некоторых полях и сосредоточиться на тех полях, в которых еще нужно было добиться гораздо большего прогресса.

В: Я вижу, что это было бы полезно и для родителей, чтобы понять, что происходит с их подростком.

О: Что меня восхищает в подростках, так это то, что родители часто чувствуют, что понимают свою дочь, а потом вдруг чувствуют, что не понимают свою дочь. Так неприятно, когда твой собственный ребенок вдруг кажется непостижимым. И поскольку я общаюсь со многими подростками, у меня есть возможность видеть закономерности. Они не непостижимы; они просто делают вещи совершенно по-другому, чем раньше. Они стремятся к вещам, о которых взрослые забыли, но если мы посмотрим на это с их точки зрения, они имеют большой смысл.Даже некоторые из действительно сложных или противоречивых вещей, которые делают подростки, приобретают гораздо больший смысл, если мы видим, к чему стремятся подростки.

В: На днях я увидел заголовок, который гласил: «Родители, вы все делаете неправильно». Кажется, эта книга не вызывает такого тона у родителей. Это было намеренно?

О: Да. Я думаю, это человеческая природа, когда все становится сложно, искать хороших парней и плохих парней. И я думаю, что реальность такова, что быть родителем сложно, и я думаю, что быть родителем подростка может быть особенно сложно.Очень легко по умолчанию использовать нарратив «Кто все испортил?» Иногда мы указываем пальцем на родителя, а иногда — на подростка, и, вероятно, в этих рамках можно извлечь какую-то полезную информацию. Но мой опыт показывает, что никто не пытается все испортить, а конфликты и стресс в отношениях — это нормально и ожидаемо. Это не обязательно свидетельствует о том, что кто-то делает что-то неправильно.

Все хорошее, что происходит в отношениях между родителями и детьми, основано на рабочих отношениях родителей и детей.И чтобы иметь рабочие отношения, стороны должны попытаться понять друг друга. Я чувствую, что могу быть наиболее полезным, когда даю родителям лучший способ понять своего подростка, и часто, когда я с подростками, я пытаюсь помочь им лучше понять своих родителей. Это похоже на почву, на которой остальные могут расти. Но когда все принимают чью-то сторону и указывают пальцем, это не кажется той позицией, с которой мы хотим быть родителями.

В: Что меня удивило, так это то, как часто вы упоминаете встречи с родителями, а не только с их дочерьми.Когда родителю следует подумать о том, чтобы обратиться к специалисту по подростковой психологии?

О: Я думаю, при двух условиях — либо когда дела действительно идут хорошо и подростку не нужна помощь, но родителю не помешала бы поддержка в понимании подростка. Опять же, даже когда дела идут хорошо, чем больше родители понимают своих подростков, тем лучше идут дела.

Или иногда, когда дела совсем плохи и подросток отказывается от помощи. Поэтому, когда в моей практике были родители, и я встречаюсь с ними наедине, а не в присутствии их подростка, — либо это потому, что подросток действительно не нуждается в помощи и у него все хорошо, но родитель может использовать и заслуживает некоторой поддержки, либо потому что дело дошло до того, что подросток даже не поговорит с психологом.Тогда моя работа состоит в том, чтобы помочь родителям сделать все возможное со своей стороны, чтобы улучшить их отношения с подростком и, возможно, в конечном итоге помочь подростку почувствовать, что он может воспользоваться некоторой терапевтической поддержкой.

Будет лучше, если вы сможете собрать всех в комнате вместе, но вы не всегда можете это сделать, и мы не опускаем рук в этот момент.

В: Прошло несколько десятков лет с тех пор, как мы с тобой были подростками. Как вы думаете, что самое лучшее в том, чтобы быть девочкой-подростком сегодня, и что самое худшее по сравнению с тем, что было раньше?

О: Честно говоря, технологии делают лучше, а технологии делают хуже.Это драматический сдвиг. С точки зрения развития они делают то же самое, что и мы, с точки зрения того, что им нужно делать и выполнять в подростковом возрасте.

Итак, с одной стороны, технология позволяет им быть на связи друг с другом и получать массу удовольствия вместе. Это действительно забавная часть технологии. Другая вещь, которая действительно доставляет им удовольствие, — это развлечения по требованию. Подростки смотрят безбожное количество Netflix. Я вижу, как им нравятся 22-минутные порции действительно забавных вещей по требованию.У нас никогда не было ничего подобного.

Технологии могут превратиться в занятие на полную ставку — играть с друзьями, решать любые социальные драмы. Конечно, это может быть местом, где дети могут вести себя ужасно друг с другом и не оставлять это в школе. И дети увлекаются просмотром не только 22 минут чего-то; они смотрят все четыре сезона «Анатомии страсти», прежде чем приступить к домашнему заданию в 4 утра, и это действительно проблематично.

Таким образом, у них есть доступ к гораздо большему количеству удовольствий, чем у нас, и удовольствий, которые нам бы очень понравились, но это усложняет их выбор того, как они собираются проводить свое время.

И это может полностью помешать гораздо менее интересным вещам, таким как тригонометрия.

В: У меня есть две ученицы начальной школы. Что бы вы хотели, чтобы такие родители, как я, делали, чтобы заложить прочный фундамент для предстоящих подростковых лет?

О: Отличный вопрос. Во-первых, я бы не хотел, чтобы они так беспокоились о подростковом возрасте. Я думаю, что родители слишком сильно беспокоятся о том, что все будет плохо, и я не думаю, что тревога — это хорошая позиция для родителей.Я думаю, что воспитание детей в латентном периоде, то есть от 6 до 11 лет, действительно веселое время для родителей. Дети думают, что ты классный. Они думают, что ты смешной. Им нравится, когда вы играете с ними. Они очень милые. Они хотят обниматься. На самом деле это очень, очень приятное время быть родителем.

Меня научили думать об этом так: наши хорошие отношения с детьми — это деньги в банке, и мы выписываем наши дисциплинарные чеки по этим счетам.

Итак, я думаю, что родители младших детей действительно должны использовать эти годы, чтобы создать счастливые, радостные моменты со своими детьми и выстроить рутину: совместный ужин, веселая семейная игра вечером в пятницу, формирование привычек вокруг детей, начиная заботиться о себе и демонстрировать независимость в мелочах.Это годы, когда родители могут продемонстрировать, что им нравятся их дети, что они любят своих детей, им весело со своими детьми, они считают своих детей забавными, и это отличная позиция, с которой можно вступить в подростковый возраст, продемонстрировав, что дом — это интересное и теплое место.

И структурированное место. Это время, когда вам гораздо легче создавать правила и обеспечивать их соблюдение, и это прекрасное время, чтобы заложить основу. Я думаю, что самые безопасные подростки — это те, у кого есть родители, которым они доверяют, родители, которые их любят, и родители, которые их поддерживают.И это все, что можно записать в 8, 9, 10 и 11.

Я хочу, чтобы родители знали, что путь к постоянным отношениям предполагает выход из позиции «я авторитет, и это моя работа». преследовать моего подростка, чтобы он стал цивилизованным». Вы действительно можете играть со своими детьми и иметь правила. «Я по-прежнему главный, и, поскольку у меня есть структура для вас и насколько я должен держать линию, я делаю это, наслаждаясь вами, желая повеселиться с вами и интересуясь вашей точкой зрения.”

Самые успешные родители, которых я знаю, открыты для возможности того, что наличие подростка поможет им вырасти.

Шэрон Холбрук — писательница, живущая в Кливленде. Вы можете найти ее на sharonholbrook.com и в Твиттере @Sharon_Holbrook. Версия этой статьи первоначально появилась в блоге The Post On Parenting.

(PDF) Перспективы женского подросткового развития и психопатологии

150 Подростковая психиатрия, 2011, том. 1, № 2 Лоис Т.Flaherty

пагубные эффекты. Родители должны обучать

критическому мышлению в отношении сообщений СМИ, должным образом контролировать

воздействие и потребление средств массовой информации и устанавливать ограничения на

виды деятельности. Существует множество книг и онлайн-ресурсов, которые помогают

семьям и педагогам в этом отношении (McGee & Buddenberg,

2003).

Таким образом, существует множество причин, по которым девочки-подростки

подвержены риску различных психопатологических состояний.Одна

состоит в том, что гендерные факторы, вероятно, определяют, как

подростки реагируют на нормальные жизненные стрессы, такие как изменения

физических функций и внешнего вида. Другая заключается в том, что мужские

и женские социальные роли по-прежнему различаются, несмотря на широко распространенное

представление о том, что гендерный разрыв сократился, а женская

социализация несет в себе риск снижения навыков преодоления трудностей.

Еще одна причина заключается в том, что факторы риска окружающей среды различаются

для мальчиков и девочек, и одни и те же факторы риска оказывают

различное воздействие.Современное мышление рассматривает подростковое

развитие как сложное взаимодействие биологических,

психологических и социальных сил. Таким образом, подверженность девочек

депрессии, расстройствам пищевого поведения, сексуальной эксплуатации и другим

проблемам психического здоровья, вероятно, является результатом биологических

уязвимостей, взаимодействующих с опытом взросления

в определенных семейных и социальных контекстах.

По мере понимания сложных взаимосвязей

между развитием, риском и устойчивостью и

воплощения в эффективные вмешательства, следует надеяться, что

бремя психосоциальной заболеваемости — симптомы

психического расстройства и нарушений в функционирование — на 90 005 будет сокращено 90 002 девочки-подростка.Такой исход

имел бы далеко идущие последствия не только для самих молодых женщин

, но и для их детей и будущих поколений.

БЛАГОДАРНОСТИ

Автор хотел бы выразить признательность за полезные

комментарии и критическое прочтение этой рукописи Лией

Дикштейн, Малкой Нотман, Линн Понтон и Нэнси

Раппапорт.

ССЫЛКИ

Ангольд, А. и Костелло, Э. Дж. (2006). Половое созревание и депрессия.Детская и

Подростковые психиатрические клиники Северной Америки, 15, 919-937.

Baird, A.A., Gruber, S.A., Fein, D.A., Maas, L.C., Steingard, R.J.,

Renshaw, P.F. et al. (1999). Функциональная магнитно-резонансная томография

распознавание аффектов лица у детей и подростков.

Журнал Американской академии детей и подростков

Психиатрия, 38, 195-199.

Барретт, А. Э. и Раскин, У. Х. (2002). Траектории ориентации гендерных ролей

в подростковом и раннем взрослом возрасте: проспективное

исследование влияния мужественности и женственности на психическое здоровье.

Журнал здоровья и социального поведения, 43, 451-468.

Бауком, Д. Х., Беш, П. К., и Каллахан, С. (1985). Связь между

концентрацией тестостерона, половой ролевой идентичностью и личностью среди

женщин. Journal of Personality and Social Psychology, 48, 1218-

1226.

Биро, Ф. М., Стригель-Мур, Р. Х., Франко, Д. Л., Пэджетт, Дж., и Бин, Дж. А.

(2006). Самооценка у девочек-подростков. Журнал подростков

Health, 39, 501-507.

Бреслау, Н., Дэвис, Г.К., Андрески, П., Петерсон, Э.Л., и Шульц, Л.Р.

(1997). Половые различия в посттравматическом стрессовом расстройстве. Архив

Общая психиатрия, 54, 1044-1048.

Браун, Л. С. (2009). Феминистская терапия. (1-е изд.) Американская психологическая ассоциация

.

Браун, М. М. и Грумет, Дж. Г. (2009). Предотвращение самоубийств в школе

с афроамериканской молодежью в городских условиях. Профессиональный

Психология: исследования и практика, 40, 111-117.

Центр Кармел Хилл (2003 г.). Поймай их, прежде чем они упадут. [Онлайн].

Доступно: http://www.teenscreen.org/

Каспер, Р. К., Беланофф, Дж., и Оффер, Д. (1996). Гендерные различия, но нет

расовых групповых различий в самоотчетах о психиатрических симптомах у

подростков. Журнал Американской академии детской и подростковой психиатрии

, 35, 500-508.

Чаплин, Т. М., Гиллхэм, Дж. Э., и Селигман, М. Э.(2009). Пол, тревога,

и депрессивные симптомы: лонгитюдное исследование ранних

подростков. Журнал раннего подросткового возраста, 29, 307-327.

Купер, П.Дж. и Гудьер, И. (1993). Общественное исследование депрессии у

девочек-подростков. I: Оценки распространенности симптомов и синдромов

. Британский журнал психиатрии, 163, 369–380.

Крик, Н. Р. и Нельсон, Д. А. (2002). Реляционная и физическая виктимизация

в дружеских отношениях: никто не говорил мне, что будут такие друзья.

Журнал аномальной детской психологии, 30, 599-607.

Cuffe, S.P., Waller, J.L., Cuccaro, M.L., Pumariega, A.J., & Garrison, C.

Z. (1995). Расовые и гендерные различия в лечении

психических расстройств у подростков. Журнал

Американской академии детской и подростковой психиатрии, 34, 1536-

1543.

Даль, Р. Э. (2004). Развитие мозга подростка: период

уязвимостей и возможностей.Основной доклад. Анналы

Нью-Йоркской академии наук, 1021, 1-22.

Дорис А., Эбмайер К. и Шаджахан П. (1999). Депрессивная болезнь. Ланцет,

354, 1369-1375.

Итон, Д.К., Канн, Л., Кинчен, С., Шэнклин, С., Росс, Дж., Хокинс, Дж. и др.

(2010). Наблюдение за рискованным поведением молодежи – Соединенные Штаты, 2009 г.

MMWR. Обзоры эпиднадзора: Еженедельник заболеваемости и смертности

Отчет. Обзоры эпиднадзора / CDC, 59, 1-142.

Финкельхор, Д. (1994). Международная эпидемиология сексуального насилия над детьми.

Жестокое обращение с детьми и безнадзорность, 18, 409-417.

Финкельхор, Д., Тернер, Х., Ормрод, Р., и Хэмби, С.Л. (2009). Насилие,

жестокое обращение и разоблачение преступлений в национальной выборке детей и

молодежи. Педиатрия, 124, 1411-1423.

Фланаган, К. (2010). Любовь на самом деле: как девушки неохотно терпят культуру знакомств

. The Atlantic Monthly [он-лайн].Доступно:

http://www.theatlantic.com/magazine/archive/2010/06/love-

на самом деле/8094/

Fortuna, LR, Perez, DJ, Canino, G., Sribney, W., и Алегрия, М. (2007).

Распространенность и корреляция суицидальных мыслей и попыток самоубийства в течение жизни

среди подгрупп латиноамериканцев в США. Журнал

Клиническая психиатрия, 68, 572-581.

Герсон, Р. и Раппапорт, Н. (2011). Кибер-жестокость: понимание и

предотвращение новых издевательств.Подростковая психиатрия, 1, 67-71.

Гидд, Дж. Н. (2004). Структурная магнитно-резонансная томография

головного мозга подростка. Анналы Нью-Йоркской академии наук,

1021, 77–85.

Гиллиган, К. (1982). Иным голосом: женские представления о себе и

морали. Кембридж, Массачусетс: Издательство Гарвардского университета.

Харли, М. (1971). Некоторые размышления о проблемах идентичности в препубертатном возрасте. В

J.B.McDevitt & C.F.Settlage (Eds.), Разделение-индивидуация:

Очерки в честь Маргарет Малер (стр. 385–403). Нью-Йорк:

International Universities Press.

Харрис, Дж. (2011). Выборочный обзор исследований юношеского биполярного расстройства

: последствия для борющихся за труд клиницистов. Подростковый

Психиатрия, 1, 55-60.

Фонд Генри Дж. Кайзера (2003 г.). Национальное обследование подростков и

молодых людей: знания, отношение и опыт в области сексуального здоровья.

[Онлайн]. Доступно: http://www.kff.org/youthhivstds/3218-

index.cfm

Hill, J.P. & Lynch, M.E. (1983). Интенсификация гендерно-ролевых

ожиданий в раннем подростковом возрасте. В J.Brooks-Gunn & AC

Petersen (Eds.), Девочки в период полового созревания: биологические и психосоциальные перспективы

(стр. 201-228). Нью-Йорк: Пленум.

Хиншоу, С. П. (2009). Тройная связь: спасение наших девочек-подростков от

сегодняшнего давления / с Рэйчел Кранц.Нью-Йорк: Баллантайн

Книги.

Хук, Х.В. (2006). Заболеваемость, распространенность и смертность от нервной анорексии

и других расстройств пищевого поведения. Текущее мнение в психиатрии,

19, 389-394.

Ирвин, К.Э., младший, Бург, С.Дж., и Улер, К.С. (2002). Подростки Америки:

где мы были, куда идем? Журнал подростков

Здоровье, 31, 91-121.

Опасный эксперимент Facebook над девочками-подростками

Социальные сети обвиняют во многих бедах Америки, включая поляризацию нашей политики и эрозию самой правды.Но доказать, что вред причинен всему обществу, сложно. Гораздо проще показать ущерб, нанесенный определенному классу людей: девочкам-подросткам, у которых уровень депрессии, тревоги и членовредительства резко вырос в начале 2010-х годов по мере того, как платформы социальных сетей множились и расширялись. Гораздо больше, чем у мальчиков, подростковый возраст, как правило, усиливает у девочек чувство неловкости по поводу своего меняющегося тела и усиливает неуверенность в том, какое место они занимают в своей социальной сети. Социальные сети, особенно Instagram, который вытесняет другие формы взаимодействия между подростками, выставляет на всеобщее обозрение размер их группы друзей и подвергает их внешний вид жестким показателям лайков и количества комментариев, — берет на себя худшие стороны средней школы и глянцевых журналов. женские журналы и усиливает их.

Один из основных вопросов, однако, заключается в том, сколько доказательств нужно родителям, регулирующим и законодательным органам, прежде чем вмешиваться для защиты уязвимых молодых людей. Если американцы ничего не предпримут до тех пор, пока исследователи не смогут вне всяких разумных сомнений показать, что Instagram и его владелец, Facebook (который теперь называет себя Meta), причиняют вред девочкам-подросткам, эти платформы никогда не будут привлечены к ответственности, и вред может продолжаться бесконечно. Преобладание имеющихся в настоящее время доказательств достаточно тревожно, чтобы оправдать действия.

Facebook доминирует в мире социальных сетей уже почти полтора десятилетия. Его флагманский продукт вытеснил более ранние платформы и быстро стал повсеместным в школах и американской жизни в целом. Когда в 2012 году Facebook купил своего нового конкурента Instagram, Facebook не стал превращать здоровую платформу в токсичную. Компания Марка Цукерберга на самом деле внесла несколько серьезных изменений в первые годы владения приложением для обмена фотографиями, пользователи которого всегда выглядели более молодыми и более женскими. Токсичность исходит из самой природы платформы, которую девушки используют для размещения своих фотографий и ожидания публичного суждения других.

Из сентябрьского выпуска 2017 года: Смартфоны уничтожили поколение?

Имеющиеся данные свидетельствуют о том, что продукты Facebook нанесли , вероятно, вред миллионам девочек. Если государственные чиновники захотят обосновать это, то это может быть так:

1. Нанесение вреда подросткам происходит в огромных масштабах.

В течение нескольких лет Джин Твенге, автор книги iGen , и я собирали научные исследования о взаимосвязи между психическим здоровьем подростков и социальными сетями.Что-то ужасное случилось с поколением Z, поколением, родившимся после 1996 года. Показатели подростковой депрессии и тревожности росли и падали с течением времени, но редко можно найти «локоть» в этих наборах данных — происходят существенные и устойчивые изменения. всего за два-три года. Тем не менее, когда мы смотрим на то, что произошло с американскими подростками в начале 2010-х годов, мы видим много таких поворотных моментов, обычно более резких для девочек. Примечательны данные по подростковой депрессии:

Некоторые утверждают, что это увеличение отражает не что иное, как повышенную готовность поколения Z раскрывать свои проблемы с психическим здоровьем.Но исследователи обнаружили соответствующее увеличение поддающихся измерению форм поведения, таких как самоубийства (для обоих полов) и госпитализации в отделения неотложной помощи в связи с членовредительством (только для девочек). С 2010 по 2014 год количество госпитализаций в связи с членовредительством не увеличилось ни для женщин в возрасте 20 лет, ни для мальчиков, ни для молодых мужчин, но удвоилось для девочек в возрасте от 10 до 14 лет.

Документы Facebook: «История не осудит нас по-доброму’

Подобный рост произошел в одно и то же время для девочек в Канаде по аффективным расстройствам и членовредительству.У девочек в Великобритании также наблюдался очень большой рост тревожности, депрессии и членовредительства (у мальчиков рост был гораздо меньшим).

2. Время указывает на социальные сети.

Национальные опросы американских старшеклассников показывают, что в 2010 году только около 63% из них ежедневно пользовались «социальными сетями». К 2014 году 80 % старшеклассников заявили, что ежедневно пользуются социальными сетями, а 24 % заявили, что находятся в сети «почти постоянно».«Конечно, подростки давно переписывались друг с другом, но с 2010 по 2014 год старшеклассники перенесли гораздо большую часть своей жизни на платформы социальных сетей. Примечательно, что девушки стали гораздо более активными пользователями новых визуально ориентированных платформ, в первую очередь Instagram (у которого к 2013 году было более 100 миллионов пользователей), а затем Snapchat, Pinterest и Tumblr.

Мальчики тоже прикованы к своим экранам, но они не так часто пользуются социальными сетями; они проводят гораздо больше времени, играя в видеоигры. Когда мальчик отходит от консоли, следующие несколько часов он не беспокоится о том, что о нем говорят другие игроки.Instagram, напротив, может мелькать в сознании девушки, даже когда приложение не открыто, вызывая часы навязчивых мыслей, беспокойства и стыда.

3. Жертвы указывают на Instagram.

Доказательства не просто косвенные; у нас также есть показания очевидцев. В 2017 году британские исследователи попросили 1500 подростков оценить, как каждая из основных социальных сетей повлияла на их самочувствие, включая тревогу, одиночество, образ тела и сон. Instagram признан самым вредоносным, за ним следует Snapchat, а затем Facebook.В собственном исследовании Facebook, обнародованном разоблачителем Фрэнсис Хауген, делается аналогичный вывод: «Подростки обвиняют Instagram в росте уровня тревоги и депрессии… Эта реакция была непроизвольной и последовательной во всех группах». Исследователи также отметили, что «социальное сравнение хуже» в Instagram, чем в конкурирующих приложениях. Фильтры Snapchat «удерживают фокус на лице», тогда как Instagram «в значительной степени фокусируется на теле и образе жизни». Недавний эксперимент подтвердил эти наблюдения: молодым женщинам случайным образом поручили использовать Instagram, Facebook или сыграть в простую видеоигру в течение семи минут.Исследователи обнаружили, что «у тех, кто использовал Instagram, но не Facebook, наблюдалось снижение удовлетворенности своим телом, снижение положительных эмоций и усиление негативных эмоций».

Читайте: Над подростками «постоянно» издеваются в Instagram

4. Ни один другой подозреваемый не является столь же правдоподобным.

В начале 2010-х многое изменилось. Некоторые предполагают, что причиной ухудшения психического здоровья может быть экономическая нестабильность, возникшая после глобального финансового кризиса 2008 года.Но почему это больше всего ударит по младшим девочкам-подросткам, неясно. Кроме того, американская экономика неуклонно улучшалась после 2011 года, в то время как психическое здоровье подростков неуклонно ухудшалось. Некоторые предполагают, что теракты 11 сентября, стрельба в школах или другие новостные события превратили молодых американцев в «катастрофу поколения». Но почему же тогда среди девушек в Канаде и Великобритании существуют подобные тенденции? Не во всех странах наблюдается очевидный рост аффективных расстройств, возможно, потому, что технологические изменения взаимодействуют с культурными переменными, но общества, наиболее похожие на наше (включая Австралию и Новую Зеландию), демонстрируют во многом те же закономерности.

Корреляция не доказывает причинно-следственной связи, но никто еще не нашел альтернативного объяснения массовому, внезапному, гендерному, многонациональному ухудшению психического здоровья подростков в рассматриваемый период.

Конечно, с другой стороны есть улики. Десятки исследований и несколько мета-анализов (исследований групп исследований) изучали взаимосвязь между более широким использованием цифровых медиа и ухудшением психического здоровья подростков, и большинство из них обнаружили лишь небольшую корреляцию или вообще не обнаружили ее.В наиболее цитируемом из этих исследований, опубликованном в 2019 году, было проанализировано 355 000 подростков в трех больших наборах данных из США и Великобритании. ». Facebook ссылается на это исследование в свою защиту.

Но вот проблема с этими исследованиями: большинство объединяет вместе все действия, связанные с экраном (включая безвредные, такие как просмотр фильмов или переписка с друзьями), а большинство объединяет мальчиков и девочек вместе.Такие исследования нельзя использовать для оценки более конкретной гипотезы о том, что Instagram вреден для девочек. Это все равно, что пытаться доказать, что у Сатурна есть кольца, когда все, что у вас есть, — это дюжина размытых фотографий всего ночного неба.

Дерек Томпсон: Социальные сети — это алкоголь для внимания

Но по мере увеличения разрешения изображений появляются кольца. Подмножество исследований, которые позволяют исследователям изолировать социальные сети и, в частности, Instagram, показывают гораздо более сильную связь с плохим психическим здоровьем.То же самое касается тех, кто фокусируется на девушках, а не на всех подростках. Девочки, активно пользующиеся социальными сетями, примерно в два-три раза чаще говорят, что у них депрессия, чем девочки, которые мало пользуются ими или вообще не пользуются ими. (Для мальчиков то же верно, но связь меньше.) Большинство экспериментов, в которых людям случайным образом поручают сократить количество социальных сетей или отказаться от них на неделю или дольше, показывают пользу для психического здоровья, указывая на то, что социальные сети являются причиной , а не просто коррелят.

Facebook хочет, чтобы вы поверили, что простое сокращение времени, которое подростки проводят в социальных сетях, решит любые проблемы, которые они создают.Во внутреннем эссе 2019 года Эндрю Босворт, давний руководитель компании, написал:

Хотя Facebook может и не быть никотином, я думаю, что это, вероятно, как сахар. Сахар восхитителен, и для большинства из нас в нашей жизни есть для него особое место. Но, как и все вещи, он выигрывает от умеренности.

Босворт предлагал то, что медицинские исследователи называют «зависимостью доза-реакция». Сахар, соль, алкоголь и многие другие вещества, опасные в больших дозах, безвредны в малых.Этот фрейм также подразумевает, что любые проблемы со здоровьем, вызванные социальными сетями, являются результатом отсутствия самоконтроля у пользователя. Именно к такому выводу пришел Босворт: «Каждый из нас должен взять на себя ответственность за себя». Структура доза-реакция также указывает на дешевые решения, которые не представляют угрозы для ее бизнес-модели. Компания может просто предложить больше инструментов, чтобы помочь пользователям Instagram и Facebook ограничить их потребление.

Но платформы социальных сетей не похожи на сахар. Они затрагивают не только тех, кто злоупотребляет алкоголем.Скорее, когда в 2010 году подростки перешли от отправки текстовых сообщений своим близким друзьям по телефонам-раскладушкам к публикации тщательно отобранных фотографий и ожиданиям комментариев и лайков к 2014 году, эти изменения изменили социальную жизнь каждого.

Улучшения в технологиях, как правило, помогают друзьям общаться, но переход на платформы социальных сетей также упростил — более того, почти обязателен — для пользователей возможность выступать друг за друга.

Публичное выступление рискованно. Частная беседа гораздо более игривая. Плохая шутка или неудачно подобранное слово среди друзей вызывает стоны или, возможно, упрек и возможность извиниться.Получение повторной обратной связи в среде с низкими ставками — один из основных способов, с помощью которых игра развивает социальные навыки, физические навыки и способность правильно оценивать риск. Игра также укрепляет дружеские отношения.

Когда девочки начали проводить часы каждый день в Instagram, они потеряли многие преимущества игры. (Мальчики меньше проигрывали и, возможно, даже выигрывали, когда начинали играть в многопользовательские фэнтези-игры, особенно те, в которых их объединяли в команды). письмо.Перформативные социальные сети также загоняют девочек в ловушку: те, кто предпочитает не играть в игру, отрезаны от своих одноклассников. Instagram, а в последнее время и TikTok стали неотъемлемой частью того, как взаимодействуют подростки, так же, как телефон стал незаменимым для прошлых поколений.

Эвелин Дуэк: 1 миллиард пользователей TikTok понимает то, чего не понимает Конгресс

Исследователи Facebook понимают последствия этой переделки. На одном слайде из внутренней презентации о влиянии Instagram на психическое здоровье ведущий отмечает, что «родители не могут понять и не знают, как помочь.На слайде поясняется: «Сегодняшние родители достигли совершеннолетия в то время, когда еще не было смартфонов и социальных сетей, но социальные сети коренным образом изменили ландшафт подросткового возраста».

Платформы социальных сетей изначально не предназначались для детей, но дети, тем не менее, стали объектом гигантского национального эксперимента, в ходе которого проверялось влияние этих платформ. Без надлежащей контрольной группы мы не можем быть уверены в том, что эксперимент потерпел катастрофическую неудачу, но, вероятно, так оно и было.Пока кто-то не предложит более правдоподобное объяснение того, что случилось с девочками из поколения Z, самым разумным действием для регулирующих органов, законодателей и родителей будет принятие мер по смягчению вреда. Вот три из них:

Во-первых, Конгресс должен принять закон, обязывающий Facebook, Instagram и все другие платформы социальных сетей разрешить академическим исследователям доступ к своим данным. Одним из таких законопроектов является Закон о прозрачности и подотчетности платформы, предложенный исследователем из Стэнфордского университета Нейтом Персили.

Во-вторых, Конгресс должен ужесточить Закон о защите конфиденциальности детей в Интернете от 1998 года. В ранней версии закона предлагалось 16 лет как возраст, в котором детям по закону должно быть разрешено передавать свои данные и свою конфиденциальность. К сожалению, компании электронной коммерции успешно лоббировали установление возраста «совершеннолетия в Интернете» на уровне 13 лет. Теперь, более двух десятилетий спустя, у сегодняшних 13-летних не все в порядке. Федеральный закон устарел и не соответствует требованиям. Возраст надо повышать. Больше власти нужно давать родителям, а не компаниям.

В-третьих, пока американцы ждут действий законодателей, родители могут работать с местными школами, чтобы установить норму: откладывать вход в Instagram и другие социальные платформы до старшей школы.

Сейчас семьи в ловушке. Я слышал, как многие родители говорят, что они не хотят, чтобы их дети были в Instagram, но они позволяют им лгать о своем возрасте и открывать аккаунты, потому что так делают все остальные. Устранение таких ловушек требует скоординированных действий, и директора местных начальных и средних школ имеют хорошие возможности для того, чтобы инициировать такую ​​координацию.

Разоблачения Хаугена привели Америку к решающему моменту. Если государственные чиновники ничего не предпримут, нынешний эксперимент продолжится — в пользу Facebook и во вред девочкам-подросткам. Преобладание доказательств является убийственным. Вместо того, чтобы ждать определенности и снова спускать с крючка Facebook, мы должны привлечь к ответственности его и другие компании, работающие в социальных сетях. Они должны изменить свои платформы и свои пути.

Психологи заглянули в сознание девочек-подростков »

дети

Ей могут понадобиться лекарства для борьбы с ужасными симптомами этого состояния.Ее врач может помочь вам решить, связаны ли гуморальные приливы с ее циклом или вызваны основным заболеванием, которое необходимо лечить.

Почему я не могу быть такой красивой, как мои друзья?

Одним из самых сильных оскорблений в адрес женщин сегодня является извращенная интерпретация красоты обществом. Хотя мальчики часто сравнивают себя со своими сверстниками, девочки-подростки чаще страдают от плохого представления о своем теле. Американские СМИ шепчут им, что они «недостаточно красивы» или «достаточно достойны», если только не соответствуют нереалистичным образам.

Пролистайте любой журнал или пролистайте свои социальные сети, и вы заметите маловесных моделей, усовершенствованных компьютером, которые соблазняют вашу девушку-подростка думать, что она должна выглядеть и быть одетой именно так. Конечно, если она продолжит покупать «модные» товары и услуги, они будут такими же красивыми и успешными.

Неудивительно, что так много девочек-подростков борются с низкой самооценкой, депрессией и возможными суицидальными мыслями. Девочки-подростки более склонны бороться с тревогой и чаще подвергаются издевательствам в школе.Из-за плохого образа тела некоторые подростки женского пола тайно режут себя или прибегают к опасному поведению, чтобы избавиться от боли.

Депрессия и тревога — это то, на что родители должны обращать внимание, чтобы гарантировать, что, если их дочери понадобится помощь, они получат необходимую помощь.


Заключительные мысли: воспитание девочек-подростков не для слабонервных

Люди генетически запрограммированы искать независимости и защищать себя. То, что может показаться агрессией и пренебрежением, на самом деле является способом вашей дочери-подростка испытать свои взрослые крылья.То, что вы постоянно присутствуете в ее жизни, может сделать переход немного легче для нее и для вас.

Тем не менее, вы должны знать, когда пора обратиться за помощью. Их умы настолько запутаны и чувствуют всевозможные вещи, что они не могут понять. К счастью, ваш педиатр может помочь вам разобраться в любых проблемах, связанных с гормонами или нет.

Социальное неприятие и девочки-подростки: Часть 1

Привет. Добро пожаловать на подкаст Raising Strong Girls. Я Кэрол Мэйбери, представляю этот подкаст от имени Отделения 35, Общества женской психологии.Первая часть этого подкаста затрагивает сложную тему социального отторжения. Мы услышим психологов, молодых авторов, родителей и, во второй части, гостя-подростка.

Социальное неприятие встречается у людей всех возрастов и полов, но, похоже, это оружие, которым владеют девочки с особыми навыками, возможно, потому, что благополучие в отношениях имеет решающее значение для социального положения и благополучия девочек. Но это не только девочки-подростки:

Пару лет назад, когда моим детям было 11-16 лет, мы читали «Чудо» Р.Дж. Паласио, фантастическая книга для подростков и подростков о мальчике, начинающем среднюю школу, и его борьбе за принадлежность. Рассказ Августа о поступлении в среднюю школу называют «размышлением о доброте и сострадании». Его история рассказывается голосами нескольких школьников, и автор передает, насколько жестокими (а также насколько сострадательными и сильными) могут быть дети.

Что мне и моим детям понравилось в этой книге, так это непоколебимое реалистичное изображение стремления принадлежать к группе.Нам также понравилось, что персонажи развивались, точно так же, как дети развивают более высокий социальный и эмоциональный интеллект в подростковом возрасте. Еще одна хорошая книга, которая также описывает боль остракизма и сожаление, которое он вызывает у тех, кто его поддерживает или совершает: классическая книга «Сотня платьев» Элеоноры Эстес.

Обе истории посвящены социальному неприятию в учебном ключе и могут привести дуэт (например, мать и дочь) или группу (например, класс, который может читать ее во время чтения) к отличным обсуждениям — мы надеемся, что в результате боль.

Наряду с хорошей литературой, психологи исследовали, как человеческий мозг реагирует на «холодное отношение» или «молчаливое обращение» в лаборатории. Те же части мозга, которые активируются во время физической боли, реагируют, когда нас намеренно игнорируют в социальных сетях. Интересный эксперимент нейробиологов Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе Наоми Айзенбергер и Мэтта Либермана продемонстрировал это, и вы можете найти доступную ссылку на статью Psychology Today на сайте подкаста.

Психолог Кип Уильямс также много лет изучал последствия социального отторжения. Уильямс в своем мета-исследовании 11 000 человек обнаружил, что независимо от пола или личности остракизм причиняет боль, но люди используют разные подходы, чтобы попытаться восстановить чувство принадлежности. Один подросток может стать чрезмерно социально внимательным… у другого могут развиться антисоциальные и агрессивные наклонности. Членовредительство или агрессия по отношению к другим являются тревожными тенденциями среди некоторых подростков, подвергающихся остракизму.Стоит упомянуть, что Уильямс и другие обнаружили, что даже легкое социальное неприятие, такое как внезапное исключение из онлайн-игры с бросанием мяча (называемой в исследованиях Уильямса Киберболом), вызывает болезненную реакцию остракизма.

Так что же могут сделать взрослые, кроме как поделиться литературой или рассказать детям об исследованиях? У взрослых есть свои прошлые истории, которыми они могут поделиться. Я помню, как мой отец рассказывал мне и моим братьям об ужасном случае социального отвержения, который закончился трагически, когда он был молодым человеком.Мы с братьями никогда не забывали эту историю и поделились ею со своими детьми. Скорее всего, у вас есть некоторый опыт пребывания на принимающей стороне (или на стороне свидетеля… или на стороне производства) социального отвержения, и если вы похожи на меня, это один из наших самых болезненных переживаний как социальных существ. Одно предостережение, прежде чем мы продолжим: социальное неприятие, рассматриваемое в этом подкасте, является типичным, хотя и болезненным типом остракизма подросткового возраста. Если опыт вашего ребенка кажется более серьезным, имейте в виду, что более укоренившееся социальное неприятие может быть потенциально опасным для жизни.Если ваш ребенок столкнулся с таким уровнем серьезности, обратитесь в школу или в правоохранительные органы.

А что касается более типичных (все еще довольно болезненных) переживаний, таких как игнорирование друзей во время обеда, что является обычным маневром агрессии в отношениях? Когда родители видят, что их дочь испытывает неприятие со стороны друга или группы сверстников, это может напомнить нам о нашей собственной истории изгнания со стороны одного или нескольких сверстников. Мы принимаем боль нашего ребенка как свою собственную, и чувство возмущения, замешательства и печали может быть сильным.Взрослые, однако, могут предложить точку зрения, что социальный остракизм, хотя и никогда не доставляет удовольствия, обычно является болезненной главой, а не всей книгой жизни. Мы также можем провести нашего ребенка через лабиринт социального отторжения, помогая ему сформулировать, с чем он будет и не будет мириться в дружбе. Это упражнение, сформулировав наш индивидуальный «билль о правах дружбы», как называет его Розалинда Уайзман, включает в себя рассмотрение наших непререкаемых требований к тем, кого мы называем настоящими друзьями. Мы можем делать это в любое время в жизни, но социальное неприятие — мощное время для этого упражнения, и оно может принести плоды на всю жизнь.

Еще одно предложение для родителей: может быть трудно объяснить подростку, кто находится в гуще этого запутанного опыта, но постарайтесь убедить его, что ОНА станет лучшим другом в будущем благодаря этому опыту. Просмотр таких фильмов, как «Дрянные девчонки» или «Крисса стоит крепко» для девочек помладше, также приносит домой послание о росте, переменах и окончательной победе над отчуждением. Делясь своим опытом (время, когда вы были правы или ошибались), чтобы объяснить остракизм, мы, когда мы становимся старше, чувствительнее к чувствам других и можем сделать нас более инклюзивными людьми, а также мобилизовать нас, чтобы быть защитниками и сторонниками. союзником, когда мы видим взрослый остракизм.

Пример типичного подросткового остракизма может помочь, прежде чем мы обсудим мудрые ответы. Недавно мне рассказали об восьмикласснице, которую за обедом избегали ее сверстники. В течение нескольких недель ее друзья отказывались разговаривать с ней за «своим» обеденным столом. Она здоровалась, а они ее игнорировали. Попытки вмешаться или пообщаться едва ли сопровождались каким-либо мерцанием подтверждения. Это классический социальный остракизм, и он ощущается адресатом гораздо хуже, чем те, кто его подвергает.Для группы происходит рассеивание ответственности (каждый предполагает, что другие в группе несут большую ответственность за социальное неприятие). Кроме того, действие не кажется таким вредным для остракайзеров, как для получателя. Одним из коварных аспектов остракизма является то, что наблюдателям он тоже может показаться мягким. Как ни странно, это может быть практически незаметно для учителей или других людей, потому что это происходит так незаметно и так быстро. Только когда мы оказываемся на принимающей стороне (а практически каждая девушка в какой-то момент своей жизни) мы чувствуем боль и рушащуюся уверенность в себе, которые могут сопровождать непризнание.

Итак, как нам сделать так, чтобы девушки почувствовали боль остракизма, прежде чем они вступят в бой? Несколько лет назад я провела интересное упражнение с несколькими группами дошкольников: мы показали пародию, в которой одну девочку назвали «лишней девочкой». Другие девушки последовали их примеру, а затем начали ругаться вроде бы безобидными оскорблениями «ее одежда такая убогая» и классической высокомерной, быстрой ухмылкой типа «ты не имеет значения», которую девушки могут произнести за наносекунды, прежде чем пересобрать свои черты, чтобы казаться совершенно невинными. В своей выдающейся книге «Odd Girl Out» Рэйчел Симмонс объясняет, как девочки могут изолировать девушку, не замечая этого ни родителей, ни учителей.

Когда я попросил девушек проиллюстрировать мне этот взгляд, они сделали это безупречно, особенно, по иронии судьбы, очень социализированные девушки. Они хихикали, по очереди демонстрируя свою лучшую невербальную тактику замораживания. Откуда они все знали этот взгляд? Неужели это так повсеместно? Я думаю, что да — как в медиа-моделях в большинстве средних школ. Но вот что мы сделали дальше: мы поменялись местами и попросили девушек добровольно стать мишенями по очереди. Каждая девушка в основном говорила одно и то же: «Когда я это сделала, мне было не так уж плохо, но когда я получила это, я чувствовала себя паршиво.”  Это был мощный урок, который (находясь в «этой» группе или даже просто принадлежность к небольшой группе девушек) чувствует себя хорошо. Когда вы «отсутствуете», это кажется экспоненциально более ужасным. Добавьте к этому сложность: что, если группа находится под влиянием социально пугающего сверстника, который командует? Девочки могут быть обоснованно обеспокоены тем, что «они могут быть следующими», если они не будут соблюдать неписаное ожидание, что будут следовать линии, и устроят остракизм. Это одна из причин опасаться социально влиятельной пчелиной матки, которая использует остракизм или другие социальные приемы, чтобы держать сверстников в узде.Книга Розалинды Уайзман «Пчелиные матки и подражатели» — отличный учебник по выявлению и преодолению этой сложной ситуации со сверстниками.

Имея такой опыт психологии остракизма, в следующем выпуске мы услышим от подростка Грейс, второкурсницы старшей школы, о остракизме в средней и старшей школе.

У девочек, которые рано взрослеют, психологические проблемы сохраняются во взрослой жизни — ScienceDaily

За последние 50 лет исследователи знали, что девочки, у которых менструация начинается раньше, чем их сверстницы, в подростковом возрасте более уязвимы в психологическом отношении.У них более частые и серьезные проблемы с психическим здоровьем, от депрессии до беспокойства, расстройств пищевого поведения, правонарушений, злоупотребления психоактивными веществами и неуспеваемости или отсева из школы. Но почти ничего не было известно о том, как долго эти проблемы длятся.

Новое исследование предполагает, что они могут сохраняться годами.

Отслеживая почти 8000 девочек от подросткового возраста до 20-летнего возраста (гораздо дольше, чем в других исследованиях), исследователь из Корнельского университета говорит, что девочки, у которых менструация начинается раньше, чем сверстницы, вероятно, будут страдать депрессией и антисоциальным поведением во взрослой жизни.Исследование «Возраст менархе, депрессия и антисоциальное поведение во взрослом возрасте» было опубликовано 26 декабря 2017 г. в журнале Pediatrics .

Средний возраст, в котором у большинства девочек начинается менструация, сейчас составляет около 12,5 лет.

«Людям может быть очень легко отмахнуться от эмоциональных проблем, которые приходят вместе с взрослением девочки, и сказать: «О, это просто такой возраст, это то, через что проходят все», — сказала Джейн Мендл, автор книги. исследование и адъюнкт-профессор человеческого развития.«Но не все проходят через это, и дело не только в «этом возрасте». И это не тривиально. Это ставит этих девушек на путь, с которого трудно свернуть».

Исследователи обнаружили, что чем раньше у девочки начались менструации, тем больше вероятность того, что она сообщит о симптомах депрессии. К тому времени, когда участникам исследования исполнилось почти 30 лет, связь между ранними менструациями и депрессией все еще была очевидна. И величина связи была такой же сильной, как и в подростковом возрасте много лет назад, сказал Мендл, добавив: «Для меня это было самым интересным открытием: эффект сохранялся с той же силой.”

Раннее созревание девочек в исследовании также сообщало о более частом антиобщественном поведении в подростковом возрасте, с более активным поведением, нарушением правил и правонарушениями. И это поведение только ухудшалось, когда они росли. По словам Мендла, это прямо противоположная картина, наблюдаемая у нормально развивающихся подростков. «Обычно в 25 лет люди воруют в магазинах не так часто, как в 15… Но у этих детей не было типичного возрастного снижения асоциального поведения, и их поведение ухудшилось».

Мендл и ее соавторы Ребекка Райан из Джорджтаунского университета и Кирстен М.П. Маккон из Университета Питтсбурга проанализировал данные Национального лонгитюдного исследования здоровья подростков. Национально репрезентативное исследование отслеживало 7800 женщин в течение 14 лет (1994–2008 гг.), начиная с возраста от 11 до 21 года. Их спрашивали, в каком возрасте у них начались менструации, были ли у них симптомы депрессии и антиобщественного поведения, а также другие факторы, связанные с ранним половым созреванием и проблемами психического здоровья, такие как доход семьи и отсутствие отца.

Возраст, в котором у большинства девочек начинаются месячные, за последние 50 лет становился все моложе и моложе. Но еще более драматичное и тревожное изменение произошло в более молодом возрасте, когда девочки вступают в период полового созревания и у них начинает развиваться грудь, говорит Мендл. Около трети американских девочек в настоящее время вступают в период полового созревания к восьми годам.

Девочки, у которых половое созревание наступает раньше, чем их сверстницы, в подростковом возрасте подвержены риску психических заболеваний из-за несоответствия между тем, как они выглядят, и их эмоциональной и когнитивной зрелостью.«Что сложно, так это то, что они выглядят старше, с ними начинают обращаться так, как будто они старше. Но у них все еще есть внутренняя умственная работа их нормального хронологического возраста», — сказал Мендл. Родители склонны предоставлять им больше самостоятельности. Они, как правило, становятся объектами сексуальных домогательств и слухов в школе. И этим девушкам может быть трудно поддерживать дружбу с другими людьми, которые взрослеют с другой скоростью, добавила она. «Это накопительный эффект».

Почему эти психологические проблемы сохраняются во взрослом возрасте? Исследователи предполагают, что это связано с тем, что склонность к депрессии сохраняется с течением времени.«Это предмет нашего следующего исследования», — сказала она.

Отсутствие понимания долгосрочных последствий раннего полового созревания является проблемой общественного здравоохранения, и педиатры должны знать, как долго могут длиться эти психологические проблемы, сказала она: «Это настоящие люди с реальной жизнью. не только точки данных. Раннее половое созревание — еще один дополнительный фактор риска, который, похоже, ставит их на другой путь».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.